Там, в тихой роще монастырскойИ у заросшего прудаБродил мальчишкой беззаботным,Но было всё невесть когда.Где запах ладана и тайны,Лампады свет всю ночь горит.И, как незыблемая вера,Стена монастыря стоит.Там я врачую свою душу,Там одиночество манит.В звездах безмолвной тихой ночьюЗемля с Вселенной говорит.
«Среди полей, заснеженных ненастьем…»
Среди полей, заснеженных ненастьем,Где тяжесть неба душу жмёт к земле,Где от простора сердце бьётся чаще,А день проходит в тихой мутной мгле,Есть место, что запомнил навсегда я.В часы, когда душа теряет свет,Закрыв глаза, пути не разбирая,Стремлюсь туда, куда дороги нет.В том поле, где в сугробах утопая,Храня смиренной веры монолит,Крестом сутулым небо подпирая,Церквушка полусгнившая стоит.Сюда уже давно не ходят люди,Но, растворяясь в этой тишине,Незримый колокол здесь слышно по округе,И будто свет сочится в темноте.И ангелы парят над этим светом,Служа в забытом всеми алтаре,Где в брошенном писании открытом —Дарованные истины земле.В истлевшей черноте иконостасаИ в мёртвой глубине алтарных вратСтруится свет, всесильный и великий,Над сгнившей роскошью верша святой обряд.Когда мне нелегко и душу мрак неволит,Иль гниль, как роскошь, сердцу навредит,Я вспоминаю ту церквушку в поле,Как крестик, почерневший на груди.
«Что-то с нами со всеми случается…»
Что-то с нами со всеми случается.Верим, ждём, а потом – как пойдёт.Видно, слабости наши кончаются,А эмоции – это не в счёт.Верить, ждать и ключи не выбрасывать,Делать ставку на «может быть», «вдруг».Только душу свою расхолаживать,Как бы гнев свой продать за испуг.Ладно, ладно, пусть будет, что встретится.Я не первый, кто нравится бездне.Но вы знайте: она всё же верится!И я буду твердить: «Воскресе!»
«Мне очень многое дано…»
Мне очень многое дано,Я очень многое осилил.И даже там, где всем темно,Я вёл незрячих, вёл и видел.Я чувствую и цвет, как звук,Как связано всё воедино.Как вечность трогает без рукВсё то, что время мне дарило.И лишь того, что там во мнеНе суждено мне взять под стремя.Такая плата за талант —У всех иных такое бремя.
«А Бог, наверно, сирота…»
А Бог, наверно, сирота.И нас придумал так, от скуки.Смотрел на жилистые руки.Так надоела пустота…
«А может, я хороший человек…»
А может, я хороший человек.Ты знаешь, может быть, хороший.И задержавшись кратко у дверей,Я оглянусь, улыбкой огорошив.И просто так пойду на свет лучей,С улыбкой этой и никем не спрошен.А может, я хороший человек.И все же может быть, что я хороший.
«Туман поднимался и зыбился…»
Туман поднимался и зыбился,И таял в серебряной мгле.В окутанном саване виделосьМне то, что приходит извне.






