ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Он держит весь город под контролем. Его слово — закон. Его желание — приказ. Его возможности безграничны. По сравнению с ним я чувствую себя фруктовой мушкой, которую прихлопнуть — делать нечего. И я обманула его. Теперь он думает, что я его истинная пара. А я всего лишь хотела вернуть себе цветочный магазин. Теперь я боюсь представить, что будет, когда он узнает. Ведь он не человек. Он — безжалостный альфа южной стаи волков. Подарок Наталья Буланова Он держит весь город под контролем. Его слово — закон. Его желание — приказ. Его возможности безграничны. По сравнению с ним я чувствую себя фруктовой мушкой, которую прихлопнуть — делать нечего. И я обманула его. Теперь он думает, что я его истинная пара. А я всего лишь хотела вернуть себе цветочный магазин. Теперь я боюсь представить, что будет, когда он узнает. Ведь он не человек. Он — безжалостный альфа южной стаи волков. Наталья Буланова Оборотень по объявлению. Подарок Глава 1 Валерия — Скажите спасибо, что еще дышите. Это первое, что мы слышим, когда подходим к ресепшену в здании Егора Руданского. Он держит весь город под контролем. Его слово — закон. Его желание — приказ. Его возможности безграничны. По сравнению с ним я чувствую себя фруктовой мушкой, которую прихлопнуть — делать нечего. Я не знаю, бандит Руданский или богач, но его уважают и знают все. Даже столица с ним считается — никогда не сунутся на его территорию без поклона. И нам надо кланяться, хотя мы без вины виноваты. Как же я это ненавижу! Возмущение накрыв

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Возраст, вес, цвет волос, увлечение… Ага, а вот тут прямо классика двухсот вопросов из отдела кадров. Ну и отбор, Лерка! Как в топ-менеджеры. Долбанутые.

Она так увлеченно щелкает по строчкам, что грех мешать. С Ульки падает капля пота на экран, когда она заканчивает.

— Фух! Все.

Но оказалось, что не так-то просто.

«Загрузка медицинских данных», — высвечивается на экране.

— А это что за хрень? — паникует Улька.

— Ох, не нравится мне все это. — Я качаю головой.

И тут: «Готово. Ваша анкета создана».

А ниже строчка: «Создать объявление».

А еще ниже: «Посмотреть максимально совместимых».

Мы с Улькой переглядываемся.

Глава 2

Мы нажимаем на нижнюю строчку и ищем в списках Егора Руданского. Фильтр поставлен от большего к меньшему. Мы листаем все ниже и ниже, но так его и не находим.

— Уже десятая страница. Мы начинали с шестидесяти процентов, а тут тридцать, — говорю я.

— Вот он! Двадцать процентов совместимости, — показывает мне Улька.

И поворачивает экран ко мне. Я щелкаю на маленькую фотографию, и она тут же увеличивается до размера дисплея.

Я вздрагиваю.

— Взгляд до мурашек, — озвучивает мои мысли Улька.

Мурашек размером со слона!

Есть люди, про которых говорят, что у них в одном кармане пистолет, а во втором — телефон со связями, способными превратить тебя в ничего.

Так вот, Егор Руданский был даже круче. Ощущение, что тебе пустят пулю в висок и отправят бандеролькой на Северный полюс, стоит лишь ему на тебя нехорошо посмотреть.

Я сглатываю.

И это с ним нам надо разговаривать? Теперь понятно, почему охрана с таким скепсисом на нас смотрела. Словно мы мухи, которые летают вокруг.

С ним даже заговорить страшно. Он явно старше меня лет на десять, а опытнее лет на сто. Взгляд такой, словно он видит всех насквозь. Энергетика власти бьет даже через фотографию.

Я живу в нашем приморском городе всю жизнь, но никогда его вживую не видела. Не доводилось. Зато наслышана была давно.

И теперь понимаю все эти женские вздохи, которые доносятся в его адрес.

Помню, когда по городу прошел слух, что он любит рыжих, наше побережье превратилось в филиал Ирландии — огненные головы было видно через одну на улице.

Я же всегда предпочитала блонд. Ни за что не покрашусь в рыжий ради мужчины.

А ради магазинов цветов?

Вот тут я запнулась.

Ради своего детища я готова на многое.

Даже на встречу с Егором Руданским.

— Похоже, ребята не соврали, — скептически смотрю на двадцать процентов совместимости. — Никто не переваливает за тридцать процентов. Наверное, специально сделали эту фигню, чтобы настырных барышень посылать подальше.

— Зачем ему посылать? Он просто может отказать.

— Есть же девушки из влиятельных семей. Их так просто не пошлешь — потеряешь деловые связи, — предполагаю я.