Зайдя в ванную, Су Ен попыталась сделать вид, что она здесь одна, но взгляд девушки-мэгу преследовал и в душевой кабинке.
– О правилах приличия что-нибудь слышала? – намыливая голову шампунем, все-таки спросила Су Ен у своей надзирательницы. Даже у заключенных в тюрьме было больше личного пространства, пока те мылись.
– Все время забываю, что ругару неженки, – фыркнула незнакомка, но не пошевелилась, все так же наблюдая за Су Ен. Казалось, мэгу ждала от Су Ен подлянки. Может, стоит и правда схватить шампунь, брызнуть в лицо лисицы, а потом выколоть ей глаза зубной щеткой? Звучало по-идиотски.
– Личное пространство – очень приятная вещь. – Обмен любезностями продолжился, когда Су Ен, выключив воду, вышла из кабинки.
«Соберись!»
– не давал покоя внутренний голос. Стоило сначала одеться и еще немного подумать.
– Поторопись.
– Как скажешь. – Натянув штаны, Су Ен улыбнулась. Полотенце было еще зажато в руке, когда абсолютно безумные мысли закрались в голову Су Ен. План был действительно дерьмовым, но другого шанса в ближайшее время могло и не подвернуться.
Мэгу стояла к ней спиной, готовая выйти из ванной.
В течение одного стука сердца Су Ен обмотала мокрое полотенце вокруг головы лисицы на случай, если та решит заорать. Но… мэгу просто не успела этого сделать, ведь Су Ен одним быстрым движением ударила ребром ладони ей по шее, прямо по пульсирующей сонной артерии. Су Ен пару раз использовала этот прием в клубе, но била в разы слабее. Сейчас же перед ней стоял перевертыш, с которым нельзя было церемониться.
Тело мэгу обмякло, грозясь упасть и шумом привлечь оставшихся в доме перевертышей. Кан Су Ен не могла допустить такой ошибки, и ей не оставалось ничего, кроме как подхватить ослабевшую девушку и аккуратно перетащить ее в душевую кабинку.
Первый этап пройден.
Впереди ждала сложная и непредсказуемая часть плана, составленного Су Ен на коленке.
В коридоре послышались звуки, говорящие о том, что второй провожатый все еще там. И он…
Дверь с грохотом открылась, являя взлохмаченного мужчину-мэгу. Он злобно зарычал, сверкая яркими глазами. Сорвав с крючка другое полотенце, Су Ен остановила кулак возле своего лица и, больно прикусив язык, отшатнулась в сторону.
Лис был сильнее.
Но, вот беда, Кан Су Ен была зла, словно дьявол. И это придавало ей сил двигаться дальше. Настало время отрастить клыки и когти! В воздухе разлился металлический запах крови, когда Су Ен взмахом острых когтей распорола мэгу щеку. В ответ он издал пронзительный рев, приглашая на их пир всех перевертышей дома.
– Да заткнись ты уже! – зашипела Су Ен, уворачиваясь от руки лиса.






