Что ему от нее нужно? До того, как она обратилась к нему, Владислав Юрьевич обращал на нее не больше внимания, чем на фикус в приемной. С чего вдруг такая настойчивость?
– Хорошо. А потом мы не будем это вспоминать. Договорились?
– Конечно. Мне приятно с вами работать. Пусть дальше так и будет.
С его лица не сходила легкая улыбка, которая делала его больше похожим на студента, чем на декана. А еще она изрядно нервировала Олю.
– В восемь вечера. Ресторан выберу я, – сказала она, желая оставить последнее слово за собой.
Несмотря на всю ядерную смесь чувств от разговора с деканом, от мыслей о цветах, взятке и повторном ужине, ее не покидало ощущение, что все шло именно так, как хотел Владислав Юрьевич. И его самодовольная улыбка это подтверждала.
Оля не стала дожидаться его ответа, а просто прошла мимо, стараясь не думать о том, как по-идиотски все это было.
Владислав проводил ее взглядом, радуясь, что она все-таки согласилась на ужин. А ведь могла настоять, чтобы он отдал конверт подальше от института, и все.
Надо было ему пошутить об ее белье! Он же с самого начала знал, что его на ней не было – платье было тонким и очень туго обтягивало ее бедра. Он думал об этом весь вечер, а после второго коктейля решился на дурацкую шутку, решив, что это Оля точно не забудет. Чуть все не испортил! Все-таки в шахматах он всегда был лучшим стратегом, чем во флирте.
– Черт! – Владислав застыл в дверях приемной.
Цветы, которые он лично выбирал с утра в цветочном и ради которых приехал в универ на два часа раньше, чем начинался его рабочий день, стояли на столе его секретаря. Оля даже записку новую написала.
– Как же с вами сложно, Ольга Николаевна, – вздохнул Владислав, с жалостью глядя на букет.
Мало того, что наврала ему на лестнице, что никакого букета не видела, так еще и подкинула его Камиле Львовне. Он не ожидал, что она не примет его, ведь знал, что Оле нравятся тюльпаны. Он явно разозлил ее сильнее, чем предполагал.
Ладно, у него есть все шансы реабилитироваться сегодня на ужине.
Глава 6. Авокадо, мандарины и поезд будущего
Оля собиралась на ужин с деканом под пристальным взглядом Мирона, который, как назло, именно сегодня решил закончить свою тренировку пораньше, вспомнив, что нужно хоть иногда заниматься еще и учебой.
– Я не понимаю этого и не одобряю, – ворчал племянник, глядя, как его любимая тетя обновляет макияж перед зеркалом.
Он уже успел пофыркать на ее черную водолазку, черные брюки, черную сумку и белые полусапожки, которые выбивались из «похоронного стиля».
– Мирон, хватит брюзжать. Мне самой это не нравится, – вздохнула Оля, подкрашивая ресницы.
– Ты же говорила, что все в ажуре, а теперь у вас второй ужин, чтобы он… вернул тебе взятку? Что за бред? – Мирон не скрывал скепсиса ни во взгляде, ни в голосе.






