– Мам, неужели вы с отцом никогда не ругались? – спросила меня недавно дочь.
– Всякое было, – ответила я тогда, – просто мы умели разговаривать друг с другом. Поэтому всегда решали любые вопросы без напряжения и обид. А если такие и появлялись, мы быстренько с ними разбирались.
Разве могу я объяснить, что было со мной тогда? Даже любимой дочери или любимому сыну? Они сами должны прийти к этому в своей собственной жизни.
Я не просто любила Родиона. Я им жила. Он был моим воздухом, моим небом и землей, моей правдой и смыслом жизни. Скажете, такое невозможно? Ещё как возможно! Ещё как! Наверное, именно поэтому он был неуязвим. Хотя часто бывал в горячих точках, принимал участие в опасных операциях и задержаниях.
Не знаю, откуда появилась эта сплетня, только однажды Родион пришёл со службы с вопросом. Один его коллега поинтересовался в кулуарах: правда ли, что его жена – ведьма, и поэтому он заговорён от смерти? Он тогда рассмеялся в ответ. Потом, много лет спустя, я вспомнила этот случай. Нет. Не заговорён. Что-то я сделала не так, если не смогла удержать оберег над любимым.
И сегодня я – Златодара Ковальская, потомственная ведьма, несущая внутри себя силу созидания, света и любви. Я, никогда и никому не желающая зла. Я – та, что пришла сюда, чтобы держать мир над этой планетой. На пороге своего ухода я понимаю, что многое не успела и многое не смогла. Но больше времени нет. Скоро раздадутся звуки небесного колокола, и я уйду туда, откуда нет возврата. Я очень надеюсь, что там, у небесных врат, меня встретит моя бабушка, мой Учитель и мой любимый. Суженый-ряженый. Мой Родион.
Я помню этот последний день. Это было осенью. Серое утро, и он, как всегда, собирается на службу. Он ничего не говорит, но я чувствую, что он напряжён. Так было много раз. Хотя в этот раз есть различие. Я чувствую внутри беспокойство. «Почему? Что это значит?» – спрашиваю себя. И не могу найти ответ.
Он целует меня на прощанье. Я мысленно прошу силу его защитить. Он уходит, а я сижу на диване и чувствую, что в мою жизнь вступает нечто новое.
Поднимаю глаза и вижу Учителя.
– Ты пришёл? Почему? – вопрошаю с надеждой.
– Помочь, – просто отвечает он.
– Что меня ждёт?
– Перемены.
– Это будет больно? – замираю, затаив дыхание.
–Не по силам не даётся, – доносится мне, как последний, затухающий удар колокола.
Его образ постепенно меркнет и тает в сумраке серого осеннего утра. Я остаюсь одна. В полном смятении. Накануне новых больших перемен в своей жизни.
Арина
Ей часто снился один и тот же сон. Она стоит в узком коридоре с белыми стенами. Он очень узкий и длинный. Она оглядывается назад и не видит конца коридора. Только белые стены и тусклые лампочки под потолком.
Вокруг тишина, пустота и ни души. Но внутри почему-то застыло ожидание.






