— Отпустите его! Что вы делаете?! — завизжала она, наконец-то оторвавшись от телефона.
Мальчик уже начал синеть. Я сделала ещё один толчок, потом ещё. Со стороны это, наверное, выглядело кошмарно: крупная женщина вырвала ребёнка у матери и теперь яростно сжимает его маленькое тельце.
— Помогите! Она убивает его! Отдай ребёнка, тварь! — кричала женщина, пытаясь отодрать меня от ребенка. — Кто-нибудь, вызовите полицию!
Она больно вцепилась мне в плечо и сильно дёрнула. Я инстинктивно оттолкнула её — не сильно, но достаточно, чтобы она потеряла равновесие. Женщина вскрикнула и упала на асфальт.
— Мирон! — завопила она, поднимаясь на четвереньки. — Отпусти его немедленно!
Она подняла упавший на землю телефон и закричала в трубку:
— Виктор Андреевич! Срочно! Тут какая-то психованная баба схватила Мирона! Вырвала у меня из рук и начала душить! Он уже посинел! Она меня толкнула, я упала… Да, она всё ещё здесь! Приезжайте скорее, пожалуйста! Я боюсь, она его убьет!
Я сделала еще один толчок, и мальчик наконец судорожно кашлянул. На асфальт вылетел небольшой кусочек жвачки. Мирон резко вдохнул, закашлялся и громко надрывно заплакал. Я осторожно поставила его на ноги, придерживая за плечики.
— Всё хорошо, солнышко… Дыши. Ты молодец. Всё прошло.
Его мать снова набросилась на меня, грубо вырвала Мирона из моих рук и прижала его к себе.
— Не прикасайся к нему! — заорала она мне в лицо. — Сумасшедшая толстая корова! Ты что себе позволяешь?! Кто ты такая вообще?!
— Я медсестра, — твёрдо сказала я, глядя ей прямо в глаза. — Ваш ребёнок подавился. Он уже синел. Если бы я не вмешалась, пока вы болтали по телефону, он мог задохнуться. Так что вместо того чтобы орать на меня, лучше поблагодарите.
— Да как ты смеешь?! — взвизгнула она. — Это я виновата?! Да ты сама бросилась на него, как бешеная! Вырвала ребёнка, начала его мять! Я всё видела! Мирон, детка, ты в порядке? Скажи няне, что эта тётка тебя обидела!
Но мальчик только громко плакал и ничего не мог сказать.
— Я спасла ему жизнь, — спокойно, но жёстко ответила я. — А вы даже не заметили, что он задыхается.
— Ах, ты… — Она задыхалась от злости. — Да я тебя сейчас…
Я подняла руки и сделала шаг назад.
— Знаете что? Делайте, что хотите. Ребёнок в порядке, я своё дело сделала. Мне не нужны ваши благодарности.
Я уже развернулась, чтобы уйти, как вдруг рядом с нами с визгом тормозов остановился чёрный внедорожник с тонированными стёклами. Двери распахнулись, и из машины выскочили двое крепких мужчин в тёмных рубашках.






