И… я правда запуталась, что было настоящим, а что — злостью на Дениса.
Виктор медленно убрал руку с моей щеки. Отвернулся и посмотрел вперёд через лобовое стекло. Несколько секунд тишина была почти невыносимой.
— Ты позвонишь мне? — наконец спросил он.
«А почему я вообще должна звонить первой?» — подумала я с внезапной обидой.
— Не знаю.
Виктор, кажется, прочитал это по моему лицу. Он коротко кивнул:
— Хорошо.
— Я пойду, пока. — Я отстегнула ремень.
— Пока.
Я вышла из машины и закрыла дверь. Виктор не тронулся с места, пока я не вошла в подъезд.
Я вошла в квартиру совершенно опустошённой. Даже свет включать не хотелось. Сбросила одежду прямо в коридоре, упала на кровать и долго лежала, глядя в потолок. В голове крутились обрывки сегодняшнего дня: поцелуй в холле, тёплый взгляд Виктора за ужином, его рука на моём колене… и потом этот разочарованный взгляд в машине.
Телефон лежал на тумбочке. Я то и дело поглядывала на него, глупо убеждая себя, что совершенно ничего не жду.
Около полуночи телефон завибрировал. Я уже лежала в кровати, но буквально подскочила и схватила его.
Вот только сообщение было от Дениса: «Ладно, ты добилась своего. Признаю, ты мне понравилась. Давай попробуем снова, только хватит лезть к моему дяде».
Я несколько секунд смотрела на экран, а потом пальцы сами побежали по клавиатуре.
«Зато ты мне не понравился. Между нами ничего быть не может». Я нажала «Отправить», зашла в его профиль и нажала «Заблокировать».
После этого стало немного легче, но ненадолго.
Утро следующего дня я встретила, то и дело проверяя телефон. Я убеждала себя, что всё нормально, что не должна я звонить или писать первой. На работе телефон лежал в кармане халата. Второй и третий день прошли примерно так же, только теперь ко мне пристала Аня.
— Ну и сколько ты ещё будешь себя изводить? — спросила она во время обеда, глядя на меня, как на тяжелобольную. — Почему ты сама ему не позвонишь?
— Он богатый, успешный, красивый… — начала я.
— Ой, только не начинай! — перебила Аня. — Он тебя поцеловал в ответ, между прочим, флиртовал с тобой вовсю. А ты ему что сказала? Что делала все это, чтобы позлить Дениса? Ну так почему он должен тебе первый звонить.
— Я не совсем так сказала…
— Да почти так! — Аня закатила глаза. — Конечно мужик обиделся! У него тоже гордость есть! Звони давай.
— Не буду, — упрямо ответила я.
Аня только тяжело вздохнула.
Третий день закончился. Я лежала дома на диване, смотрела в потолок и думала: «Ну и что я доказала? Что у меня есть принципы? Что я не буду бегать за мужчиной? И что мне теперь с этими принципами делать?»
Вдруг на телефон пришло уведомление. Я вздрогнула всем телом, словно меня током ударили, резко села, едва не выронив телефон. Сердце заколотилось где-то в горле.






