Хотя я не однажды слышал, что в советские времена, подобные зимовья устраивали довольно часто, причем не только простые охотники, но и егеря. И это не считалось чем-то сверхъестественным. Сейчас, обнаружение этого дома, шло только в плюс. Дом, представлял собой, довольно большую комнату, внутри которой из камня и глины, была сложена печь с выделенной плитой, для обогрева и приготовления пищи. Причем на ней имелась стандартная чугунная плита со съемными кругами, для установки чугунов, пара которых нашлась на столе стоящим возле одной из стен. С другой стороны печи, находился довольно широкий деревянный топчан, застеленный оленьими шкурами, сильно поеденными от времени, что явно говорило о том, что зимовье не посещали очень давно.
Погреба, здесь, в условиях вечной мерзлоты не копают, но на довольно просторном чердаке, обнаружилась бочка, в которой некогда похоже хранили солонину, и еще одна, наполовину заполненная мукой. Правда довольно сильно поврежденная червяками. Что, впрочем, никакого удивления не вызвало. У входа в дом, имелась небольшая пристройка, которую, наверное, можно было назвать прихожей, но места в ней, вполне хватало для того, чтобы свободно загнать туда снегоход. Одним словом, я решил, благоустроить найденный дом, организовать в нем для себя, полноценную дачу. Учитывая то, что большую часть времени, я провожу в тайге, наличие такого дома, решало многие жизненные запросы.
И, следующее лето, я посвятил благоустройству своего нового жилья. Пока семейный газон, числился ходовым, в два рейса завез в зимовье все особенно крупные вещи, сделал большой запас бензина, на будущее, притащил несколько бочек, и металлических ящиков для продуктов, и заполнил их самым необходимым. Кроме того, решил, что нормальная железная кровать с панцирной сеткой, будет смотреться здесь гораздо лучше обычного топчана, да и отдыхать на ней, будет гораздо приятнее. Притащил небольшую газовую плиту, и пару баллонов. Последнее время с их заправкой проблем не было, и я решил, что в доме им будет самое место. В общем обустроился капитально, и уже с открытием сезона, отправился туда, практически на всю зиму, появляясь в городе только для того, чтобы продать трофеи, и пополнить текущие запасы топлива и провизии. Семейный автомобиль, считай отдал Эркену на запчасти, в его мастерскую, а сам, пользовался исключительно купленным снегоходом.
Жизнь продолжалась, ровно до того момента, когда кто-то, где-то не начал воевать всерьез. По большому счету, нас это не сильно задело, в том смысле, что никому не был интересен, наш городок, который большую часть времени, проводил в снегу, обеспечивая навигацию лишь на три-четыре месяца в году. Проблема нарисовалась в другом.






