Когда я замечаю, что он пристально смотрит на меня, ожидая моей реакции, я говорю:
— Тут действительно славно. Мне нравится.
Я говорю правду. Мне кажется, что это место ближе к хижине моего дедушки, чем любой другой фермерский дом. Мне нравится укрытие под сенью деревьев, журчание воды в пруду и фоновые звуки дикой природы в лесу.
Выражение его лица смягчается, когда он выходит из квадроцикла и открывает багажник, чтобы начать заносить вещи.
Я помогаю ему, внося охапку вещей через переднюю дверь.
Домик меньше, чем дедушкина хижина. В нем есть одна открытая комната с кухонными шкафчиками и раковиной у одной стены. Очевидно, что дровяная печь рядом служит как источником тепла, так и основным способом приготовления пищи. В другом конце комнаты есть диван и старое кожаное кресло, а также небольшой стол с двумя деревянными стульями для еды. Джимми поднимает панель, чтобы показать мне небольшой погреб для корнеплодов, который он выкопал, чтобы держать продукты в холоде и чтобы они дольше хранились.
Дом очень простой — ни ковриков, ничего на стенах, ни дополнительных подушек, ни покрывал, ни безделушек, которые могли бы сделать его уютнее. Но в нем чисто. Возможно, Джимми приложил усилия, чтобы навести здесь порядок.
Я ставлю корзину с едой на маленькую кухонную столешницу.
— Выглядит великолепно.
— Да.
— Да. Мне это нравится.
Он смотрит по сторонам, избегая встречаться со мной взглядом.
— Я знаю, ты привыкла к чему-то более комфортному.
У нас был солнечный генератор. Горячий душ. Мультиварка и тостер. Телевизор с DVD-дисками.
И у меня был дедушка, который меня любил.
Я улыбаюсь Джимми, стараясь, чтобы на моем лице никоим образом не отразилось горе от того, что я потеряла.
— Нет. Это будет здорово. Мне действительно нравится.
— Окей. Хорошо, — он прочищает горло. — Ты можешь вносить любые изменения, какие захочешь. Если ты хочешь, чтобы я нашел что-нибудь, что могло бы сделать дом лучше, я буду рад сделать это для тебя. Хочу, чтобы ты чувствовала себя как дома.
Я киваю и снова улыбаюсь. В последнее время у меня немного болят щеки от такого количества милых улыбок.
— Я ценю это.
Он потирает бороду и, наконец, раскладывает стопку постельного белья, которую принес с собой, на столе.
— Спальня здесь.
Я следую за ним в отдельную комнату. Она маленькая и аккуратная, но в то же время простая. Там стоит двуспальная кровать с простым серым покрывалом. Одна сторона придвинута к стене, и легко понять почему. Если бы ее выдвинули, чтобы обеспечить доступ к противоположной стороне, там не осталось бы места для туалетного столика или таза с кувшином для мытья посуды, как в комнате для гостей у Карлсонов.
— Это была старая уборная, — говорит он, указывая на смежную дверь. — Только раковина и унитаз.






