Но было в этом месте и что-то настораживающее, но что – Фиона не могла объяснить. У нее появлялось гнетущее ощущение, которое она могла описать только как чувство, что за тобой следят.
– С какой улицы начнем? – спросила Сью. Вокруг них разворачивалась паутина узких переулков.
– Надо начать с реки, – вставила Дэйзи. – Там Белла поставила свой фургон. А потом пойдем обратно.
– Хорошая мысль, – согласилась Фиона.
Обойдя первый десяток домов, они заметили определенную закономерность. Вопреки ожиданиям, жители Уика оказались людьми приветливыми, а не вздорными ворчунами, как подруги думали. Почти каждый, открыв дверь, тепло улыбался и не скупился на любезности – до того момента, как они упоминали фургончик с мороженым. После этого их лица бледнели, сами они замыкались в себе и замолкали. Поспешно ответив на несколько вопросов, они захлопывали двери – не из грубости, а из-за страха. Накануне прошел слух, что в их деревушке оказался «фургон-убийца», как его дружно прозвали жители, тот самый, где в морозильнике нашли тело владельца. Но, насколько могла судить Фиона, записку они не писали. Появление фургона лишь вынудило их запереться дома, задернуть шторы и надеяться, что он скоро уедет. В такой идеальный для прогулок день задачка не из простых. В глазах людей читалось беспокойство, и Фиона не могла представить, чтобы кто-то из них набрался смелости выйти из дома, рискнул приблизиться к «фургону-убийце» и подсунул записку под дворник.
Час спустя дамы обошли почти все дома в Уике – кроме особняка и небольшого, относительно нового на вид строения семидесятых годов, которое выглядело современным исключительно по сравнению с окружающими коттеджами.
– Давайте сначала зайдем туда, – предложила Сью. – Особняк оставим напоследок.
Они позвонили в звонок и замерли в ожидании. Дверь открылась, и на пороге показался невысокий старичок лет восьмидесяти, без футболки, мокрый от жары даже в столь ранний час и потому отнюдь не довольный. Он был одет только в широкие шорты цвета хаки и напоминал статиста из фильма «Трудный путь в Александрию»[11]. Промокнув лоб платком, он представился Фредом, но, в отличие от остальных, как оказалось, даже не заметил появления фургона с мороженым и расстроился.
– Черт побери, жаль, что я его не увидел! А ваша дочь вернется? Если да, то когда? Оденусь поприличнее и побалую себя фруктовым льдом.
– К сожалению, она не вернется. – Дэйзи показала ему записку. – Кто-то подсунул ей это на лобовое стекло.
Выудив из вместительного бокового кармана шортов бифокальные очки, Фред нацепил их на обгоревший на солнце нос. Когда он забрал записку и вытянул руки перед собой, Фиона заметила под его ногтями ободки грязи.






