ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Вы когда-нибудь мечтали жить в своё удовольствие? Заниматься тем, что вам нравится, и ни дня в своей жизни не работать? Да, когда-то это было просто мечтой. До недавнего времени. Проект "Пустые" изменил всё. Суть довольно проста: пока вы спите, ваше тело работает за вас. И никаких побочных эффектов. Ну как, готовы? Пустые Алекс Владимиров Вы когда-нибудь мечтали жить в своё удовольствие? Заниматься тем, что вам нравится, и ни дня в своей жизни не работать? Да, когда-то это было просто мечтой. До недавнего времени. Проект "Пустые" изменил всё. Суть довольно проста: пока вы спите, ваше тело работает за вас. И никаких побочных эффектов. Ну как, готовы? Алекс Владимиров Пустые Глава 1. Обычный день Часто ли вам снятся сны? Глупый вопрос для тех, кто считает сны обычной банальщиной. Цветные или чёрно-белые. Сны, позволяющие примерить роль бога — или почувствовать себя последним неудачником. Причудливые в своей простоте и нелогичности. Вы, должно быть, привыкли, что видеть сны — это совершенно нормально? Увы, в обществе, в котором я вырос, сны — это скорее патология, нежели норма. Помню, как в раннем детстве я тоже их видел. Такие весёлые, яркие. Помню, как был могучим пиратом. И даже странным созданием, умеющим летать. Тогда и мир был совершенно другим. А после нужда в них отпала. Зачем они были и почему кончились? Долгие годы меня совершенно не заботил этот вопрос. Да и с чего бы? Живя в обществе, ты волей-неволей принимаешь его порядки как должное. А любые отклонения относишь ск

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Ты помнишь, кто ты?

Треск…

Я стоял в небольшой ванной комнате напротив зеркала. Из отражения на меня смотрело бледное осунувшееся лицо молодой девушки с поседевшими до бела волосами.

Узнать в нём Кейт было очень нелегко…

— Боже, — протянула она, откинув рукой несколько прядей, — Что же они с тобой сделали?

Треск…

Снова образ миссис Тагер. Всё ещё сидит и ждёт ответа…

— Да, помню, — слышу спокойный голос Кейт, — Я — Кейтлин Селлоу. Старший офицер национальной армии.

— Хм… интересно, — покивала профессор, записав что-то в блокнот, — А что-нибудь ещё из собственного прошлого помнишь?

— В принципе всё помню… Помню службу. Помню мою сестру. Мари. Кстати, как она?

— С ней всё хорошо. Только о тебе переживает, — отозвалась миссис Тагер, не переставая делать пометки, — Можешь сказать, почему при прошлой встрече ты отреагировала так, словно её не знаешь?

— Сама не пойму, — вздохнула Кейт, — Наверное, была растеряна. В голове был полный бардак.

— Ясно… а сейчас?

— Сейчас я в порядке.

Треск…

В коридоре было темно. Я увидел худые женские пальцы, что, с опаской взявшись за ручку, аккуратно приоткрыли дверь. По ту сторону оказалось столь же сумеречно.

Неуверенный шаг внутрь…

Это была просторная больничная палата. Восемь коек в два ряда расставлены вдоль стен. На каждой кто-то лежит. Худые, измождённые лица без малейших признаков жизни. Лишь слабый писк приборов на фоне отдалённо напоминал сердечный ритм…

— Сёстры… что же они с вами сделали? Что сделали с нами? — голос Кейт был на грани. Казалось, она была вот-вот готова разрыдаться, — Ничего. Я вас освобожу.

Треск…

Снова зеркало. Кейт наклонилась чуть ближе, вглядываясь в собственное лицо.

— Кто же ты?

Треск…

Миссис Тагер задумчиво закусила губу.

— Пожалуйста, опиши мне своё состояние немного подробнее. Может, ты чувствуешь какой-то дискомфорт? Какие-то посторонние мысли?

— Посторонние мысли? О чём вы?

Треск…

Снова палата с восьмью койками. Я услышал всплеск. В ноздри ударил едкий запах бензина. Вспыхнула искра…

— Я освобожу вас, — повторила Кейт, наблюдая, как помещение постепенно охватывает пламя, — И заставлю пожалеть всех, кто причастен.

Треск…

Зеркало. Напуганный взгляд смотрит в упор из отражения.

— Кто же ты?!

Треск…

Разочарованное лицо профессора.

— Что ж… ещё какое-то время мы за тобой понаблюдаем. Но похоже наш эксперимент провалился.

Треск!

Зеркало. Взгляд Кейт изменился. Сделался заметно спокойнее. Где-то в глубине глаз появился странный огонёк.

— Не бойся. Теперь нам нечего бояться, — её губы растянулись в зловещей улыбке, — Теперь мы — Мона.

Глава 42. Апокалипсис

Мысли в моей голове роились пчёлами, окончательно превратившись в бессвязную чехарду.