От нагрузок он был освобождён до конца отдыха, но уйти не мог и страдал, глядя на строй.
— Иди отсыпайся, боец, — велел я.
— Не спится, ваше благородие, — вздохнул он. — Каждый день же в одно и то же время подъем, не считая эксцессов. Организм протестует спать.
Я хмыкнул. Похоже, у людей Святогора это заразное.
После зарядки глава гвардии подошёл ко мне с выводами:
— Половину готов брать сразу в обучение. Если, конечно, со стороны Вяза будет добро. Остальных надо ещё смотреть.
— А что делает Вяз? — спросил я.
— Уточняет данные, проверяет информацию о новеньких своими методами. Нам кроты не нужны.
Я кивнул и заодно уточнил:
— Кстати, что по нашей «потенциальной кротихе»?
— Ведём её, но всё чисто, — пожал плечами Святогор. — Работает, отдыхает. В свободное время телевизор у себя смотрит. Иногда с местными общается, но без фанатизма, никаких отклонений от среднестатистической нормы.
Он замолчал, будто что-то припоминая, а затем усхменулся и добавил:
— На днях с бабами обсуждала твое достоинство.
— Не понял?
— Забыл уже, как голый в речке купался? — усмехнулся Святогор. — А Чертова Лапа не забыла.
— Тебя вообще здесь не было, — припомнил я.
— Как видишь, даже я в курсе, — хохотнул глава гвардии. — Так вот шпионка наша горевала, что не посмотрела — на смене была.
Он продолжил лыбиться.
Я тоже усмехнулся и покачал головой. Да уж, впечатлительные у нас люди. С другой стороны, селяни и за тысячи лет не меняются.
— Ладно, — посерьезнел я, — Что сам думаешь насчет этой шпионки?
— Спящие агенты могут годами внедряться в социум, — задумчиво протянул Свят. — Если бы твой Рух в своих определениях был более… конкретен, было бы проще. Так что работаем с тем, что есть — наблюдаем и держим на контроле.
— Продолжай, — кивнул я.
Егорку я перехватил, пока тот не умчался по своим делам.
— Задание, Егор. До вечера собери мне живокост. Знаешь такой?
— Окопник который? — оживился он. — Знаю! По берегу дальше по реке его полно.
— Он самый. Мне нужны корни. Мыть пока не надо, просто собери. И ещё нужен молодой хвощ — самые зелёные ёлочки.
Егорка заинтересованно прокивал и отправился на поиски.
К завтраку показались Браунштейны. Виктор Валерьевич сегодня обошёлся без знаменитых тапочек — на нем была чистая рубашка и брюки. Он пытался сделать эдакий вид делового человека, которому строго запретили вести дела.
Альбина Романовна шла рядом с телефоном в руке.
— Доброе утро! — поздоровалась она и сразу перешла к сути: — Захар с утра прислал фотографии, нашли подрядчика для ремонта. Договариваюсь о стройматериалах.
— Прошу заметить, я в этот процесс не вмешиваюсь, — сообщил Браунштейн.
— Я как раз хотел вам сказать, — начал я. — Живите пока у нас, сколько потребуется. Сегодня у вас переезд в более комфортабельные покои.






