Разве что случайно столкнутся, тогда она их сможет опознать. Так что запомнить отзвук и идти себе восвояси.
Атти?
С одной стороны, сам виноват, чего он это арценте пил? С другой… не выпил бы, точно бы до утра не дожил. Убили бы. Те, кто тут был, к сантиментам однозначно не склонны. Элисон их вообще чувствовала как змей каких-то, рассудочных и хладнокровных. Как удавы…
Гадкое чувство.
– Робин, можно тебя на минутку?
Робина было можно. И на минутку, и на подольше, и хоть на всю жизнь. Только вот как ей это скажешь?
– Что случилось, Лисси?
– Здесь были люди. Я это чувствую.
– Ты же огневик?
– Вот и пепел шепчет, – махнула рукой Элисон, которая, конечно же, считывала следы как ментальный маг. Но сознаваться в этом не собиралась.
– Сколько? – посерьезнел Робин.
– Трое. И такие… убийцы. Если бы сторож не напился, его бы убили.
– Понял. Хорошо, что ты мне это сказала. Я ему оставлю свой адрес, если что – пусть приходит. Придумаем что-нибудь. Если он не виноват.
– Ну, так-то виноват. Но лучше быть живым и виноватым, чем мертвым. И тоже, думаю, виноватым, придумали бы, как все это на него повесить.
– Я с ним поговорю. Но если это поджог – зачем?
– Не знаю. – Элисон в задумчивости грызла ноготь. Спохватилась и вытащила палец изо рта. – Извини.
– Все в порядке.
– Я думаю. Убили библиотекаршу. Украли какие-то бумаги, которые имеют отношение к Штромбергу. Сожгли поместье. Вывод?
– В украденных бумагах было что-то ценное. И в поместье можно было найти след.
– След – чего? Жилу, которую нашел Штромберг, давно прочесали, и вдоль, и поперек, мемуары сорок раз изданы… так чего людям спокойно не живется?
– Не знаю. Но это явно неспроста.
Элисон только вздохнула.
Хоть предположить бы… чего, с чего…
– Где можно поблизости найти жизнеописание Леона Штромберга?
– Так это, – подошел Атти. – Тут же неподалеку поместье его первой жены. Там, наверное, есть?
Элисон подняла брови.
– Робин, Матео? Вы не против еще покататься?
– Тео, я сейчас поговорю с рентом Менером. А ты, наверное, заводи рамбиль? Тут и ехать-то не слишком далеко?
– Нет, – качнул головой Матео. – Я против. Завтра – пожалуйста, а сегодня никаких поездок. Пока мы туда, пока оттуда, а еще там сколько задержаться придется?
Лисси подумала, и кивнула.
– Тео, ты прав.
– Знаю. Если туда ехать, то завтра, на рассвете, а то и пораньше.
– Поедем? Как вообще звали первую жену Штромберга?
– Анна Ланн.
– А я и не знала.
– Да много кто не знал. И не знает…
Элисон развела руками.
– Честно скажу, мне историю ставили автоматом, а вот специальные дисциплины я учила как следует.
Мужчины кивнули. И так понятно, Элисон бы поставили автоматом любую трепологию за ее способности к вычислениям.
– Дело житейское. Робину тоже много чего ставили просто так, за способности, да и мне.






