ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Странные вещи творятся в маленькой сибирской деревне, затерянной посреди бескрайней тайги. Жители окрестных сёл рассказывают о тварях, водящихся в лесах вокруг проклятого селения, о столпах света, бьющих в небеса и о людях, исчезающих без следа. Молодой выпускник медвуза Марк, по воле судьбы и Минздрава направленный в Богом забытый край работать местным эскулапом, ещё не знает, что жизнь его вскоре изменится самым неожиданным образом... Необычный фэнтези-роман, с щепоткой мистики и славянского фольклора

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

«Ерунда какая-то» — подумал Марк, отводя рукой в сторону очередную ветку. «Всё это какая-то ерунда. Вместо того, чтобы сейчас проверять истории болезней, заполнять документацию (а, кстати, где её заполнять? Здравпункт давно заброшен), я брожу по лесу и чувствую себя так, словно кто-то вот-вот бросится на меня со спины. Какой-нибудь медведь, например. Может быть, кстати, поэтому местные сюда и не ходят? Может, здесь в лесу медведи водятся?»

От этой мысли Марку стало совсем неуютно, он даже повёл плечами, поёжившись. Чтобы отвлечься, он достал телефон, и включил музыку погромче, в глубине души надеясь, что медведя отпугнут громкие, непривычные звуки.

«Ай, то не пыль по лесной дороге стелется

Ай, не ходи да беды не трогай, девица

Колдовства не буди

Отвернись, не гляди –

Змей со змеицей женятся…

Лиха не ведала, глаз от беды не прятала

Быть тебе, девица, нашей — сама виноватая!

Над поляною хмарь –

Там змеиный ждет царь

За него ты просватана…»

Никаких следов пропавшей девушки он не замечал, как и ни малейшего следа присутствия человека. Разве что…

Разве что странное, ни с чем испытанным ранее не сравнимое чувство того, что за ним следят.

Он не мог понять, откуда взялось это ощущение, что откуда-то из-за деревьев на него пристально смотрит чей-то внимательный, враждебный взгляд. Несколько раз он останавливался и, внимательно оглядываясь вокруг, кричал:

— Есть здесь кто? Аууу!

Безрезультатно. Вокруг не было ни души, и каждый раз ответом была тишина, прерываемая лишь пением птиц да ветром, шумящим в лесных кронах.

Заметив между деревьев просвет, Марк направился к нему и, с треском обломив несколько крупных веток, вышел на симпатичную лесную полянку.

Посреди поляны лежал замшелый ствол упавшего дерева, вдоль него, едва слышно журча, змеился в траве небольшой ручей, заполненный чистейшей родниковой водой.

«Удержи меня,

На шелкову постель уложи меня.

Ты ласкай меня,

За водой одну не пускай меня.

Удержи меня,

На шелкову постель уложи меня.

Ты ласкай меня,

За водой одну не пускай меня.

За водой одну…»

Поморщившись, Марк выключил музыку — её громкий звук вдруг начал его раздражать. В наступившей тишине слышалось размеренное пение какой-то лесной птицы, да едва слышный шум ветра в кронах деревьев.

Присев на поваленное дерево, Марк задумался. Его так и подмывало бросить всё и вернуться обратно в деревню или, что ещё лучше, зайти за вещами к Демьяну и, ни с кем не прощаясь, пешком уйти в райцентр — а оттуда на автобусе в город, и поминай как звали.

Останавливало его, во-первых, природное упрямство, во-вторых, пари, заключённое с отцом, а в-третьих — данное Эльзе обещание.