После развода она оставила ребенка мужу, надеясь, что, как мужчина, тот сумеет лучше подготовить мальчика к жизни. Тогда она убедила себя, что это решение правильное. Кто мог предвидеть, чем все обернется?
Я могла, сказала себе Мария.
Сейчас она в последний раз поклонится могиле сына, потом пойдет в полицию, а что уж там будет дальше – все равно.
Постукивая каблучками, она дошла до знакомой развилки, у которой высился засохший старый дуб, а под ним стоял мраморный обелиск с высеченным на нем именем Дефуриа. Тут ей надо было сойти с дорожки.
Так она и сделала.
Подходя к родной могиле, Мария услышала за собой размеренную поступь и, побуждаемая скорее любопытством, чем интуицией, обернулась на звук. К ней шла смерть.
Это был высокий мужчина в габардиновом пальто, с глубоко посаженными глазами на чеканном лице. Шрам, пересекавший правую скулу, делал его еще бездушней. Такого жестокого выражения на этом лице она еще никогда не видела.
– Что, выследил?
– Да, Мария. Я знал, что ты приедешь сюда. В это время ты всегда здесь бываешь. Все не можешь расстаться с прошлым?
Когда видение померкло, Мария отъехала к обочине и остановилась. Мимо по направлению к перекрестку проехал золотистый фургон. Она уткнулась лицом в руль, но уже через секунду душераздирающий визг тормозов заставил ее поднять голову.
Это рваными рывками пытался остановиться фургон, но его с силой развернуло, и послышался глухой удар. Трейлер – тот самый, из видения снес ему радиатор и с воем пополз дальше.
– О, Господи!
Выскочив из машины, Мария побежала к покалеченному фургону, из кабины которого на ватных ногах выбирался парень в джинсах.
– Вы не пострадали? – спросила Мария.
– Нет... кажется, нет, – неуверенно проговорил парень и поглядел на смятый передок своей машины. – Ух ты! Пожалуй, мне еще повезло!
– Повезло нам обоим, – сказала Мария и пошла назад к «хонде», оставив озадаченного этими странными словами водителя посреди дороги.
Уже второй раз Дар спасал Марию. Тогда, впервые, она тоже была за рулем, на пути в Ньюаркский аэропорт. На Бельмонт-авеню застряла в дорожной пробке и, нервничая, ждала. Все те же черные полоски вдруг застили ей зрение, а потом она увидела авиалайнер, с натугой взлетающий в небо... выше... выше и вдруг он пал камнем, взорвался и дымно сгорел где-то в районе Байонского парка. Мария знала, что это тот самый самолет, на котором ей предстояло лететь. Непонятно откуда, но знала, и все тут. Знала она и то, что взлет еще не объявлен и что время у нее есть.
Она выскочила из машины, не обращая внимания на гудки и ругань, бросилась к телефону и трясущимися руками стала набирать телефон аэропорта.
Дозвонилась, но никто даже не подумал прислушаться к ее словам.






