ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Роман «Батый», написанный в 1942 году русским советским писателем В. Г. Яном (Янчевецким) – второе произведение исторической трилогии «Нашествие монголов». Он освещающает ход борьбы внука Чингисхана – хана Батыя за подчинение себе русских земель. Перед читателем возникают картины деятельной подготовки Батыя к походам на Русь, а затем и самих походов, закончившихся захватом и разорением Рязани, Москвы, Владимира. Василий Григорьевич Ян. БАТЫЙ Светлой памяти незабвенной жены моей Марии Ян посвящается эта книга, последняя, над которой мы вместе работали. В. Ян Читатель! В этой повести будут показаны "...беззаветная доблесть человека и коварное злодейство; отчаянная борьба за свободу и жестокое насилие; подлое предательство и верная дружба; будет рассказано, как безмерно страдали обитатели покоряемых стран, когда через их земли проходили железные отряды Бату-хана, которого, как щепку на гребне морской волны, пронесла лавина сотен тысяч всадников и опустила на берегу великой реки Итиль, где этот смуглый узкоглазый вождь основал могущественное царство Золотой Орды". Из "Записок Хаджи Рахима" Часть первая. ЗАВЕЩАНИЕ ЧИНГИЗ-ХАНА Если бы горе всегда дымилось, как огонь, То дымом окутался бы весь мир. Шахид из Балха, IX век 1. В ХИЖИНЕ ВОСТОЧНОГО ЛЕТОПИСЦА По узкому листу бумаги быстро водила тростинкой смуглая сухая рука. Факих 1 читал вполголоса возникавшие одна за другой строки, начертанные арабской вязью. В хижине было тихо. Монотонному голосу факиха вторило однообразное шуршание непрерывного дождя, падавшего на камышовую крышу. – "...Расспрашивая всех знающих, я хотел узнать о завещании Чингиз-хана 2. Но несчастье обрушилось на меня. В Бухаре я был схвачен святыми имамами 3. Заявив, что я великий грешник, не почитающий аллаха, они заперли меня в гнусной, низкой железной клетке. Ползая в ней на четвереньках, как гиена, я не мог выпрямиться. Одежда на мне истлела, и я связыв

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

– Маленькая птица, а подымает целое войско! 29 — сказал Субудай-багатур и, согнувшись, хромая, прошел на кошму позади костра, где были разостланы пушистые собачьи шкуры.

7. ИМАМЫ В ЗАТРУДНЕНИИ

К высоким воротам дома правителя области Тангкут-хана подошли два важных старика в красных полосатых шелковых халатах. Один держал на ладони румяное яблоко, другой пышную белую розу. Эти подарки они несли с такой торжественностью, точно в их руках были стеклянные чаши, до краев наполненные драгоценным напитком.

Конец ознакомительного отрывка

Купить книгу

Вслед за стариками, для большего почета, плелись с тоскливо скучающими лицами двадцать тощих и голодных учеников. Белоснежные тюрбаны обоих стариков, их длинные выхоленные бороды, озабоченность и важность их лиц — все указывало, что они принадлежали к разряду священных имамов или ишанов 30, посредников между обыкновенными грешными людьми и восседающим за облаками на хрустальных небесах всемогущим аллахом.

Дозорным у ворот было запрещено впускать в сад кого бы то ни было. Имамы попросили вызвать к ним главного векиля. Долго пришлось ждать, пока он явился, озабоченный и взволнованный. Его тюрбан сдвинулся на затылок, и векиль поминутно стряхивал пальцем пот со лба. Увидев пришедших, векиль извинился, что заставил долго ждать почтенных служителей бога.

– Тангкут-хан приказал мне исполнять без возражении все желания монгольских царевичей. А каждый царевич приехал во дворец со своими конями, соколами, борзыми собаками и слугами. Всем надо найти место, всех накормить, легко ли это? Зачем вы пожаловали, святые отцы?

Старейший имам сказал:

– Со дня приезда в Сыгнак знатных царевичей мы должны произносить их имена в наших молитвах. Мы слышали, что готовится великий поход против неверных, — да покарает их аллах! Мы должны молиться аллаху — да будет его имя вознесено и прославлено! — чтобы поход был удачен, чтобы все царевичи процветали и покрылись блеском славных подвигов!

Векиль вздохнул:

– Всего приехало одиннадцать царевичей 31, но самый главный и самый беспокойный из них — хан Гуюк, сын великого кагана и наследник всего монгольского царства. Он приказывает сперва одно, потом другое, рассылает гонцов, кричит, топает ногами и костяной лопаточкой бьет по щекам каждого, кто ему не угодит... А больше всего он путает. Говорят, что он будет главным начальником войск. Разве крикливый гусь может повелевать соколами?

– Да сохранит нас аллах от этого! — воскликнули старики. — А мы слышали, что во главе войск будет молодой хан Бату, сын погибшего Джучи-хана — да будет благовонен и спит в мире прах его! Верно ли это?

– Один аллах все ведает!.. — ответил векиль шепотом. — Говорят, Гуюк-хан и Бату-хан готовы уже сейчас вырвать друг у друга глаза.