И отправилась!
Айрис попыталась отогнать неприятные предчувствия и унять волнение. Ее легкомысленный отец всегда подшучивал над дочерью, говоря, что рыжие волосы и ирландская кровь как нельзя лучше подходят к порывистому и импульсивному нраву Айрис. Но ее нрав не шел ни в какое сравнение с характером Монти. И хотя волосы его были светлые, пепельные и в жилах юноши текла «голубая кровь» предков, испокон века населявших Вирджинию и Южную Каролину, по Гваделупе Каунти ходило, столько слухов о крутом нраве парня, сколько рассказов о владельцах ранчо, пытавшихся поставить свое клеймо на чужом скоте.
Айрис была почти уверена, что Монти скажет «нет».
Монти Рандольф так сильно натянул поводья, что жеребец по кличке Найтмар [2]пронзительно заржал в знак протеста. Юноша подавил желание повернуть обратно. Уже третий раз Айрис предпринимала попытку встать у него на пути. Видимо, она очень похожа на свою мать, только еще более решительна и настойчива. Но в любом случае надо выяснить, что она хочет, отказать и поскорее избавиться от нее.
Только посмотрите на эту куклу! Вырядилась в богатое платье, которое тут же превратится в лохмотья, стоит ей пройти хотя бы пятьдесят метров по кустарнику. Она что, не понимает, что вернулась в Техас?!
Айрис привязала лошадь к столбу и расположилась на скамейке, которую Джордж поставил в небольшой ореховой рощице. В свои девятнадцать лет девушка была настолько очаровательна, что, без сомнений, заставляла сердце каждого мужчины биться быстрее. Айрис была божественно прекрасна. Мягкая припухлость губ и нежная округлость щек подчеркивали женственную чувственность девушки.
Ее волосы приковывали внимание каждого. Во всем Техасе вряд ли можно было найти другую женщину с такими яркими, редкими по своей окраске рыжими волосами. Магической силой обладали и ее темно-зеленые глаза. В платье девушки не было ничего вызывающего или неприличного, но оно настолько плотно облегало стройное молодое тело, что окажись Айрис в Остине, непременно вызвала бы бурные пересуды местных кумушек.
Монти решительно настроился быть равнодушным по отношению к девушке, но его тело, в котором начинала бурлить кровь, опровергало благие намерения. При взгляде на полные девичьи груди, нахально выступающие из-под одежды, юношу обдало жаром, который вызвал тяжелое напряжение в паху. Ему до боли захотелось протянуть руки и прикоснуться к нежным округлостям. Не желая позволить телу выдать предательское волнение, от которого нервы, казалось, звенели, Монти приостановил лошадь. Ему придется поговорить с Айрис, но – проклятье! – как трудно будет это сделать.
Юноше захотелось закрыть глаза, чтобы больше не видеть ее, но он не был уверен, что это поможет. Айрис выросла и стала точной копией своей матери.






