ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

В глухих закамских лесах на территории Пермского края археологическая экспедиция обнаруживает захоронение немыслимой древности. Из потревоженного могильника внезапно встает неведомое существо — непобедимый воин, страж гробницы. Он именует себя нуаром — охранителем покоя спящих богов древности. Как Дамире — молодой начальнице экспедиции наладить контакт с могучим воином? И долго ли еще будут спать грозные боги? А в поезде, идущем из Москвы в Ростов-на-Дону, главный герой, бывший спецназовец Еремей Варнак, исполняющий ныне секретные задания, встречается с отцом Кристофером — монахом тайного ордена Екклезиаста, занимающимся фундаментальными проблемами науки. Случайна ли эта встреча? Куда она заведет Варнака и его близнеца — волка Вывея? Пермские леса, шумная Москва, южный Ростов и далекое Перу: по этим местам бросает героев их загадочная миссия, смысл которой они сами еще до конца не осознают.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Откуда там инквизиция, Еремей? — Истланд опять звонко щелкнул четками. — Вторая заповедь, друг мой. Эту историю вам следовало подвергнуть сомнению, пусть даже о ней знает любой ребенок. Ибо нельзя доверять кумирам. Даже если кумиром является толпа друзей. Сверились бы с энциклопедией, с географией — и легко убедились бы, что за всю свою историю инквизиция ни единой ведьмы не сожгла.

— Но ведь они были христианами! Те, кто жег женщин в Салеме?

— Первая заповедь, друг мой: тот, кто верит в ведьм или чудеса, не может быть христианином. Это абсолютно несовместимые религиозные концепции. Несчастных жгли и пытали обычные необразованные крестьяне. Остановили же это безумие, как вы помните, именно священники. Именно они затретировали губернатора требованиями прекратить суды на основании невозможных предположений… — Монах поднялся, нашел свой скромный чемоданчик, открыл, извлек оттуда серебристый нетбук и протянул Варнаку: — Вот, можете проверить сами, Еремей. У меня интернет бесплатный, пользуйтесь. Все же вторая заповедь не рекомендует слепого доверия. Проверяйте и проверяйте.

— Что вы носитесь с этими заповедями, как курица с яйцом?! — раздраженно отказался Варнак. — Поповские сказки это все!

— Кому — поповские сказки, кому — основа техногенной цивилизации, — вернулся на место Кристофер Истланд, положив нетбук на стол. — Вы когда-нибудь задумывались, друг мой, почему именно в пределах христианской цивилизации развивается прогресс и современная наука? Только и исключительно в ней? Так ведь все начинается как раз с этих трех самых первых, самых основных Божиих заповедей. Возьмем простой пример. Вспомним жизнь видного теолога, вошедшего в десятку лучших богословов Кембриджского христианского колледжа, Чарльза Дарвина.

— Теолога? — У Варнака тут же вылетели из головы возражения по поводу инквизиции. — Дарвин — теолог?

— Разумеется, — спокойно кивнул Истланд. — Разве великий ученый может быть кем-то другим? Теология является альфой и омегой научного мышления. Вы компьютер-то откройте да проверьте меня через поисковик. Мне ведь слепая вера не нужна. Христианство опирается исключительно на достоверные факты. Вы ищите — а я пока продолжу. Так вот, когда образованный теолог во время путешествия заметил интересные отличия неких островных птиц, он вполне мог списать это на причуды местных духов — но первая заповедь запрещала ему верить в существование иных сил, кроме силы единственного Бога. Он мог сказать: «На все воля Божья», — но третья заповедь запрещала ему призывать имя Всевышнего всуе. И потому, оказавшись меж двух запретов, он был вынужден искать замеченному явлению объяснение, которое не ссылалось бы ни на Божью волю, ни на воздействие иных нематериальных сил.