ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Сборник рассказов Энни Прул, лауреата Пулицеровской премии, автора романа «Корабельные новости», — это истории непростой жизни обитателей северного штата Вайоминг, каждый день доказывающих свое право на жизнь. Один из рассказов, «Горбатая гора», лег в основу сценария оскароносного блокбастера «Горбатая гора» известного режиссера Энга Ли. Захватывающий дух пейзаж американского севера, эдемский сад штата Вайоминг. Два романтически настроенных молодых ковбоя отправились на дальнее пастбище. Ветер, горный ручей, цветущая долина и Горбатая гора были свидетелями и соучастниками их преступления…

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Его образ очень отчетливо вспомнился Меро, когда тот стоял у шкафа в коридоре и обозревал свои шляпы: брать ли шляпу на похороны? У старика поля шляпы загибались, как хотели: небольшой завиток справа, там, где он брался рукой, чтобы снять или надеть шляпу, и извилистый склон слева, напоминавший односкатную крышу. Его можно было узнать по шляпе за две мили. Он сидел в ней и за столом, слушая рассказы любовницы про Тина Хэда, то и дело опустошая свой стакан как минимум девяносто девять раз — до тех пор, пока не напьется: он пил — и его гангстерское лицо расслаблялось, исчезали и сломанный на родео нос, и разрезанные шрамом брови, и обрубленное ухо. Сейчас старик, наверное, уже лет пятьдесят, как умер и похоронен в форменном свитере почтальона.

Девчонка начала рассказывать историю:

— Так вот, в те времена, когда мой отец был еще ребенком, неподалеку от Дюбуа жил один парень по имени Тин Хэд. У него было маленькое ранчо, несколько лошадей, коров, дети и жена. Но кое-что с ним было не так. У этого Тина в голове была металлическая пластинка, потому что однажды он упал с цементной лестницы.

— Да у многих парней есть такие штуки, — сказал Ролло, раззадоривая рассказчицу.

Она покачала головой.

— Таких, да не таких. Пластина была сделана из оцинкованного железа, и она въелась в его мозг.

Старик показал на бутылку «Эверклиэр» и повел бровями:

— Будешь, крошка?

Девчонка кивнула, взяла у него стакан и выпила его одним залпом.

— О, я от этой штуки не стану рассказывать медленнее, — сказала она.

Меро показалось, что она сейчас заржет.

— Так что же дальше? — спросил Ролло, растирая каблуком своего сапога конский навоз. — Что же случилось с этим Тином Хэдом, у которого, как ты утверждаешь, была оцинкованная пластинка в черепе?

— Я таких не заказывала. Дай-ка я посмотрю список. Если они есть на складе, я могу тебе привезти сотню. Мне все равно надо заказать еще открыток.

— Мне и одной хватит, — сказал Эннис.

Когда пришел заказ на тридцать центов, он прикрепил открытку в своем трейлере, прибив медными гвоздиками в каждом углу. Под открыткой он вбил большой гвоздь, на который повесил вешалку с двумя рубашками. Потом сделал шаг назад и посмотрел на то, что у него получилось, сквозь скупые слезы.

— Джек, я клянусь тебе, — сказал Эннис, хотя Джек никогда не просил у него обещаний, да и сам их никому не давал.

Примерно в это же время Джек стал приходить к нему во сне. Таким, каким Эннис увидел его впервые: кудрявым, улыбающимся, с выступающими зубами, говорящим о том, как он хочет перестать от него зависеть и начать самому управлять своей жизнью.