ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Отчаянно нуждаясь в деньгах, Аманда ввязывается в сомнительное предприятие: соглашается изображать на публике сбежавшую дочь французского миллионера Жанетт Лолливаль. И все идет гладко, пока на сцене не появляется жених Жанетт, испанский аристократ Альваро де Вальеспин, человек, отнюдь не склонный к шуткам подобного рода. Маскарад оканчивается полным крахом, и в довершение всего Аманда с ужасом осознает, что успела влюбиться в знойного красавца… Хелин Вэлли Второй шанс 1 — Вы с ума сошли? Не веря собственным ушам, Аманда потрясенно смотрела на нежданную гостью — смуглую женщину в строгом деловом костюме, которая только что сделала ей крайне нелепое предложение. Хотя определить возраст незнакомки, как то часто случается с людьми восточного происхождения, было довольно трудно, светящиеся в темных глазах ум, воля и жизненный опыт свидетельствовали: года первой молодости для этой женщины давно миновали. И все же внешность оказалась обманчива, никаким умом и жизненным опытом тут и не пахло. А иначе разве глотала бы сейчас судорожно воздух Аманда, не в силах прийти в себя от услышанного? — Чтобы я несколько недель изображала мадемуазель Жанетт Лолливаль? Появлялась вместо нее на людях, давала интервью? Да ни за что на свете! Взгляд темных блестящих глаз оставался непроницаем и невозмутим. Как будто иной реакции незнакомка и не ждала — однако не собиралась принимать ее во внимание, как не принимают во внимание капризы неразумного ребенка. — Ну а что вас, собственно, так смущает, мисс Беркли? — Как это что? — Аманда растерялась еще сильнее. Неужели не очевидно? — Да хотя бы то, что меня в первые же несколько минут выведут на чистую воду. И вообще я не желаю принимать участие во всяких сомнительных авантюрах. Незнакомка успела уже представиться как миссис Наоми Осакиро и объяснить, что работает на Жерара Лолливаля, известного французского миллионера, главу настоящей финансовой

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Альваро посмотрел в указанную сторону — и встретился со взглядом глаз, в которых плескался затаенный страх и еще такое откровенное и обезоруживающее любопытство, что он на миг замер, не в силах оторваться, отвернуться от них. Мадемуазель Жанетт оказалась прекрасна — такой он и запомнил ее, такой и ожидал увидеть. Но чего он совершенно не ожидал, так это гордой посадки головы и полного отсутствия смущения или вызова в чертах французской красавицы. Она глядела на него так, будто и не было между ними ничего восемь лет назад, будто ее прошлое не таит в себе никаких постыдных тайн. Но он-то хорошо знал, что это не так!

Мимолетное наваждение прошло. Альваро стряхнул с себя чары. Звон серебряных колокольчиков, на миг заглушивших музыку, замолк — как и не бывало. На смену вновь явилась вся та же тоскливая обреченность. До чего же не хотелось сейчас подходить к мадемуазель Лолливаль! Альваро даже прикинул, не дать ли себе передышку, не подкрепиться ли сначала рюмкой бренди, но передумал. Он не привык оттягивать неприятные моменты.

Аманда с бешено бьющимся сердцем глядела, как сеньор де Вальеспин пробирается к ней через веселую толпу. Хотя «пробирается» не самое подходящее слово, подумалось ей. От испанца, высокого и статного, исходила аура такого величавого достоинства и вместе с тем затаенной, пружинистой мощи, что люди невольно расступались перед ним. И вот уже он оказался перед ней.

Вблизи Альваро выглядел еще более впечатляюще. Черный смокинг безукоризненно обтягивал широкие плечи, движения отличались грацией дикого зверя. Но на лице его — лице прекрасного возлюбленного из девичьих грез — застыло усталое и даже почти грустное выражение, как будто Альваро де Вальеспин повидал в жизни много такого, о чем бы предпочел никогда не знать.

Ну конечно, вдруг вспомнилось ей, он ведь уже был женат, и как все утверждают, вроде бы удачно. Но потом произошла эта автокатастрофа, которая породила массу слухов. Интересно, действительно ли он любил свою жену? Если да, то неудивительно, что на лице его нет ни тени пыла, с каким должен жених приближаться к невесте, которую давно не видел. Но даже этот налет грусти, отрешенности делал Альваро еще более неотразимым. Во рту у Аманды пересохло, в груди стеснилось.

Альваро учтиво кивнул миссис Осакиро, стоящей чуть поодаль от Аманды, и перенес все внимание на мнимую невесту.

— Мадемуазель. Рад наконец-то встретиться с вами вновь. — Он чуть склонил голову. На губах его играла светская улыбка, но взгляд был холоден и строг.

— Сеньор де Вальеспин, я тоже счастлива видеть вас.

Аманда протянула ему руку. И Альваро, поднеся ее к губам, прильнул к тонким пальцам девушки в поцелуе. И тут с ней произошло что-то странное.

Нельзя сказать, чтобы руку ей целовали часто.