— Дело не в вас. И не в женщинах как таковых. Дело в самой ситуации. Неужели вас она ничуть не смущает?
— Нисколько, — абсолютно искренне призналась девушка. И в самом деле, ведь не ей предстоит стать женой этого загадочного мужчины. И слава Богу! Замужество вообще не ее цель.
— Гмм… что ж, каких только чудес не бывает на белом свете, — чуть слышно пробормотал Альваро, словно бы обращаясь больше к самому себе, чем к ней. — На Северном полюсе тают льды, параллельные прямые пересекаются.
Аманда нахмурилась. Не очень-то учтиво с его стороны вести себя так, точно беседовать с собой ему куда интереснее, нежели с ней. Однако не на такую напал! С ней подобные фокусы не пройдут!
— Тут вы правы: действительно, чего только не бывает, — промурлыкала она с невинным видом. — Если, конечно, вы имеете в виду параллельные прямые в геометрии Лобачевского.
Глаза Альваро расширились от изумления.
— Вот это да! Девушка из высшего света, разбирающаяся в. геометрии. Это что-то новенькое!
Аманда с удовольствием отметила, что скучающее выражение на его лице сменилось неподдельным интересом.
— Так вот в чем ваша беда, — улыбнулась она, все еще наслаждаясь новым, непривычным ощущением уверенности в себе. — Вы недооцениваете девушек из высшего света.
— Ничего подобного. Взять, к примеру, мою сестру и моих многочисленных кузин…
— Ну, это совсем другое дело, — наморщила нос Аманда. — Семья не в счет. Верно?
— Напротив, — очень серьезно ответил Альваро. — По большому счету только семья и имеет значение.
Девушка уже открыла рот, чтобы возразить, но вовремя передумала. О да, они с Альваро явно смотрят на жизнь по-разному. Но, должно быть, эта разница обусловлена в первую очередь различным общественным положением.
— Да. Полагаю, вы крайне гордитесь вашей семьей.
— Разумеется. А разве вы вашей — нет?
Аманда покачала головой.
— Не в том смысле, который вы имеете в виду. В конце концов в какой семье родиться — это дело случая. От тебя ничего не зависит. Главное — каким человеком ты станешь.
Альваро чуть отклонился назад, с подчеркнутым интересом разглядывая собеседницу.
— Я многое слышал о вас, мадемуазель Жанетт, но никто не предупредил меня, что вы придерживаетесь столь радикальных взглядов. Вы набрались их за годы жизни в Штатах? Или еще раньше, в закрытом пансионе для благородных девиц в Швейцарии?
Аманда уже собиралась спросить, что именно он о ней слышал, но благоразумно промолчала. Нельзя заводить с ним бесед на слишком личные темы, это рискованно. Но не успела она придумать иной темы для разговора, как музыка стихла и девушка осознала, что испытание подошло к концу. К немалому своему изумлению, — помимо облегчения она ощутила вдруг легкий укол грусти.






