— Я не зря сказал о критических или переломных точках…
Глава 1
Софья Романовна Ромашкина еще раз перечитала лежащую перед ней на столе желтоватую невзрачную бумажку. Виски заломило, и она перевела взгляд на окно. За громадным стеклом синело небо, мягко скользили по нему, словно натирая его до блеска, белые облачка, внизу виднелись верхушки деревьев. Совсем еще юных, она сама сажала вон ту липку, когда въезжали в новый офис.
Она не увидит, как это деревце станет взрослым.
Женщина потерла лоб, стараясь отогнать даже призрак головной боли и опять бросила взгляд на бумажку.
Той было совсем не место на роскошном столе из цельного дубового массива. Своим неряшливым желтовато-затрапезным видом она нарушала гармонию этого места.
В кабинете Софьи Романовны всегда царила чистота, натуральные темные панели, блеск стекла и металла, классика и модерн смешивались в причудливых сочетаниях…
Так-то.
Тебе еще даже пятидесяти пяти нет. А жизнь уже кончена.
Выписка из истории болезни мрачно подтверждала это, лежа поверх миллионного контракта на постройку офисного здания.
Софья взяла ее двумя пальцами и спровадила в мусорное ведро. К черту!
Не желает она больше ни думать, ни помнить!
Хотя как тут забудешь?
Самым мерзким недостатком начальницы, по мнению всех, работающих на фирме, была ее идеальная память. Она в жизни не пользовалась ежедневниками, но не глядя в календарь, могла озвучить свое расписание на месяц вперед. Это неизменно повергало в ужас секретарш и заставляло их сомневаться в своей компетентности.
Пискнул селектор.
— Да?
— Софья Романовна, к вам Яблочкин, из бухгалтерии.
— Пусть войдет.
Появившегося на пороге молодого человека Софья Романовна встретила насмешливой улыбкой и своим фирменным взглядом голодной пираньи в климаксе.
Мужчина лет тридцати пяти заерзал, занервничал, совершенно по-детски вытер вспотевшие ладони о двухтысячедолларовые штаны и покраснел, понимая, что начальнице все это видно.
Наконец Софье надоела пауза, и она кивнула провинившемуся подчиненному на кресло.
— Садись, Алексей Батькович. В ногах правды нет, попробуем нащупать выше…
Мужчина рухнул в кресло. Признаки были весьма плохими. Всех, кто работал в фирме, Гарпия (так подчиненные ласково называли начальницу) помнила и в лицо и по имени-отчеству. И если начинала вот так играть словами…
— А теперь расскажи мне, почему вовремя не были проплачены деньги за отделочные работы в здании у Ерохина?
Спустя двадцать минут Софья подписала приказ об увольнении, поморщилась…
Развелось блатной шушеры! Конечно, Яблочкин-старший будет недоволен, но утрется.






