ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

В беседе с Томашем Фиалковским польский писатель и мыслитель Станислав Лем (1921-2006) вспоминал: «Когда мой сын изучал физику в Принстоне, я поддерживал с ним весьма интенсивную переписку. И он жаловался матери в письме, что отец, вместо того чтобы писать о своей внутренней жизни или расспрашивать о его настроениях, пишет о галактиках, о чёрных дырах, об искривлении пространства. Моя жена ему ответила: “Внутренней жизнью твоего отца являются именно чёрные дыры и галактики”». Судьбу Лема нельзя назвать совсем уж безоблачной (война, оккупация, временная эмиграция, болезни), и всё-таки основу его биографии составляют не приключения тела, а приключения мысли. Органичное сочетание цельности и многогранности творчества — вот что больше всего поражает в этом писателе. Реалистическая трилогия о трагических событиях Второй мировой войны, автобиографическая книга о детстве, строгая научная фантастика, завиральные истории о похождениях космического звездопроходца Ийона Тихого, сказки роботов, рецензии на несуществующие книги, научные трактаты, литературоведческая монография, десятки тысяч писем, тысячи коротких эссе на самые различные темы…

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Геннадий Прашкевич

Владимир Борисов

СТАНИСЛАВ ЛЕМ

Глава первая.

ВЫСОКИЙ ЗАМОК

СОЗЕРЦАНИЕ

Деревья складками коры

Мне говорят об ураганах,

И я их сообщений странных

Не в силах слышать средь нежданных

Невзгод, в скитаньях постоянных,

Один, без друга и сестры.

Сквозь душу рвётся непогода,

Сквозь изгороди и дома,

И вновь без возраста природа.

И дни, и вещи обихода,

И даль пространств — как стих псалма.

Как мелки с жизнью наши споры,

Как крупно то, что против нас.

Когда б мы поддались напору

Стихии, ищущей простора,

Мы выросли бы во сто раз.

Всё, что мы побеждаем, — малость,

Нас унижает наш успех.

Необычайность, небывалость

Зовёт борцов совсем не тех.

Так Ангел Ветхого Завета

Нашёл соперника под стать.

Как арфу, он сжимал атлета,

Которого любая жила

Струною Ангела служила,

Чтоб схваткой жизнь на нём сыграть.

Кого тот Ангел победил,

Тот правым, не гордясь собою,

Выходит из такого боя

В сознанье и расцвете сил.

Не станет он искать побед.

Он ждёт, чтоб высшее начало

Его всё чаще побеждало,

Чтобы расти ему в ответ

[1]

Перевод Бориса Пастернака.

.

Райнер Мария Рильке

1

12 сентября 1921 года в польском городе Львове (ныне — Украина) в семье врача-ларинголога Самуэля Лема (1879–1954) и Сабины Лем (урождённой Волльнер) (1892–1979) родился будущий писатель Станислав Лем.

Жизнь Самуэля Лема (как, впрочем, многих в те годы) складывалась непросто.

Выходец из дворянской семьи, он в 1899 году окончил гимназию, а затем поступил в Львовский университет, где «…изучал медицину лет десять. Занимали его тогда и другие дела: он писал и публиковал стихи и прозу. Помню из детства ящик, заполненный вырезками из газет с его произведениями, — я тогда этим совсем не интересовался. На пятый или шестой год учёбы дед сказал ему: — Раз уж ты начал учёбу, нужно её закончить, а потом можешь делать то, что захочешь. Отец послушался…»

{1}

1 Lem S. Świat na krawędzi. Kraków: Wydawnictwo Literackie, 2000. S. 11–12.

В 1909 году Самуэль Лем получил в университете степень доктора медицинских наук. «На книжной полке лежала длинная жестяная труба с широким концом, из неё торчал рулон плотной желтоватой бумаги, от которой шёл плетёный чёрно-жёлтый шнур, заканчивающийся плоской коробочкой, содержащей в себе как бы маленький светло-красный пряник с выпуклым изображением и надписями. Это был докторский диплом отца на пергаменте, возвышенно начинающийся отпечатанными огромными буквами словами: “SUMMIS AUSPICIIS IMPERATORIS AC REGIS FRANCISCIIOSEPHI…”

[2]

Буквально: «Действует по повелению верховных гаданий императора Франца Иосифа» (лат.). В Древнем Риме гадания имели государственный характер.