ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Отправляясь на вечеринку София не знала, что её жизнь изменится навсегда. Популярная детская сказка вдруг обернётся реальным кошмаром: отныне она – Астория Гринграсс, последняя в жутком роду Мраксов, племянница Темного Лорда и невеста Драко Малфоя. Отныне она не человек, лишь пешка в чужой игре, в которой не знает правил... Можно ли найти в Аду свое счастье? Можно ли выплыть? Или попавший в Темные воды обречен остаться проклятым? Екатерина Оленева Тёмные воды Часть I Змеиное племя Глава 1 Клубная вечеринка – Ты издеваешься или серьёзно?! Вот так и пойдешь?! Подруга, одарив Софию страдальческим взглядом, картинно закатила густо подведенные чёрным карандашом глаза. Вот ещё, жюри выискалось. На себя бы поглядела. Тяжёлый вечерний макияж, по мнению Софии, совершенно не красил пухленькое Ленино личико. По характеру Ленуся была человеком мягким, зависимым, что честно и отражала её внешность: круглые, наивные глазки, пухленькие губки–бантики, тугие щёчки–персики. Густые, вызывающие краски макияжа немилосердно убивали всё данное матерью–природой. Кожаные штаны на худенькой девочке, возможно, смотрелись бы и неплохо. Но Лена худобой не страдала, её формы были чуть более пышными, чем того требовала мода, породившая на свет узкие брюки с заниженной талией – фасон для тех, у кого попы нет. А у Лены была. Тесные брюки выталкивали её прелести поверх пояса, подчеркивая их сомнительность. Любой другой наряд, кроме кожаных чёрных брюк и укороченного топа скрыл бы мелкие изъяны фигуры. Но тот, на котором Лена почему–то решила остановить свой выбор, их подчёркивал. Впрочем, озвучить собственные соображения значило откровенно нарываться на ссору без малейшего шанса что–то изменить. К тому же каждый имеет право одеваться так, как посчитает нужным и как ему нравится. Жаль только, что огрехи в собственном внешнем виде не мешали Ленусику критиковать Софию. Главным аргументом в споре стало то

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Его поведение пугало, было отвратительным. Но в тоже время странно волновало. Ничего подобного в жизни София никогда не испытывала.

– Не волнуйся, детка, – голос его упал почти до шепота. – Для тебя всё очень скоро кончится.

Вращательное движение, словно па в танце, и за спиной Софии уже не стена, а мужское тело. Она остро чувствовала его тепло и его твердость – незнакомец крепко прижимал её к себе. В правой руке его София увидела нечто весьма странное, похожее на отполированную палочку, по которой шла вязь символов.

Мужчина что–то произнёс на незнакомом, судя по интонации, кажется, французском, языке. Из палочки вырвались серебристые брызги, сверкающие, точно дождь в лунном свете.

София заворожено наблюдала, как блёстки таят в темноте.

– Красиво, правда? Считай, это мой тебе подарок перед смертью.

Он так же резко и неожиданно отшвырнул Софию от себя, как до этого обнимал.

Она попятилась, стараясь удержать равновесие.

Незнакомец продолжал стоять, чуть покачиваясь с пятки на носок. По его лицу блуждала кривая, чуть болезненная улыбка, а в глазах сверкало завораживающее безумие.

Взгляд Софии невольно отмечал второстепенные детали его облика: слишком тесные брюки, заправленные в тяжёлые армированные ботинки, женственный шейный платок, пиджак с широкими лацканами.

Что за странный клоун?!

Губы незнакомца растянулись в очередной жуткой ухмылке перед тем, как он, вскинув руку с зажатой в ней палочкой и то ли пропел, то ли прокричал:

– Адеско Файр!

Узкая струя пламени ударила в потолок, распускаясь над комнатой жутким цветком.

Задымился пластик, распространяя ядовитый запах. Запершило в горле.

А вокруг люди по–прежнему беззаботно смеялись, веселились и танцевали.

– Беги, маленькая маггла, – насмешливо прошептал незнакомец и (София не поверила своим глазам!) исчез.

Вот только что был, стоял, говорил и – словно бы испарился!

– Дамы и господа, – раздался веселый голос ди–джея. – Мы горим. Просьба покинуть зал.

В ответ раздался нестройный пьяный хохот.

София заметалась между людьми, столиками, колоннами, в попытках отыскать Лену и Влада.

Вращающиеся пучки света делали пламя незаметным, но запах гари усиливался с каждой секундой.

В какой–то момент музыка резко оборвалась и по ушам ударил истошный крик – сверху пролился раскаленный пластик, налипая на человеческие тела.

Люди падали, спотыкались, давили друг друга в попытках добраться до выхода.

Вокруг всё выше, все неистовее танцевало пламя.

Горло разрывалось от боли, черный смог становился всё гуще, уже и не продохнуть.

Жар распространялся, причиняя боль.

София с ужасом осознала, что до выхода ей не добраться. Ни ей, ни многим другим.

Кто–то кричал, звал на помощь. Отчаянно и безнадёжно. Возможно, даже, что это была она сама.