ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

«Развелся, казнил, умерла, развелся, казнил, пережила…» – эту считалку англичане придумали, чтобы запомнить жен Генриха VIII. Его шестой, и последней, жене повезло больше, чем всем ее предшественницам, – Катерине Парр удалось пережить своего властительного супруга, хотя она не однажды оказывалась на краю гибели. Овдовев во второй раз, она вынуждена была явиться ко двору в свиту старшей дочери Генриха VIII Марии Тюдор. Здесь Катерина влюбилась в красавца Томаса Сеймура и надеялась выйти за него замуж. Но у короля были на нее свои планы. Привлеченный умом и выдержкой Катерины, король объявил о своем решении жениться на ней. Сеймур был отправлен с глаз долой за границу. Так Катерина стала шестой женой стареющего, больного, своенравного монарха, страстно мечтающего еще об одном сыне…

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Неужели он ей подмигнул? Какая наглость! Он ей подмигнул… Нет, должно быть, показалось. Но почему она вообразила, что этот разряженный нахал ей подмигивает?

– Томас Сеймур, это моя сестра леди Латимер, – объявил Уилл, которого, судя по всему, позабавила разыгравшаяся перед его глазами сцена. Катерине следовало догадаться, что перед ней Томас Сеймур, обладатель сомнительной репутации «самого привлекательного придворного», предмет бесконечных сплетен, детских влюбленностей, разбитых сердец, супружеских ссор. Мысленно она готова была признать: Сеймур и правда красавец. Но Катерина не подпадет под его чары, она ведь не молоденькая дурочка.

– Для меня большая честь, миледи, – произнес Сеймур медовым голосом, – наконец-то познакомиться с вами по-настоящему. – Серрей закатил глаза. Хорошо, хоть он не влюблен!

– «Наконец-то» и «по-настоящему!» – выпалила она, не успев вовремя прикусить язык. Ей очень хочется поставить нахала на место. – Боже правый! – Она прижала руку к груди, изображая преувеличенное удивление.

– В самом деле, миледи, я много слышал о вашей притягательности, – невозмутимо продолжал Сеймур, – а увидев вас своими глазами, стал косноязычен.

Интересно, подумала она, не добавляет ли ей притягательности в его глазах недавно обретенное богатство. Весть о ее наследстве должна была дойти и до королевского двора. Во всяком случае, Уилл не стал держать язык за зубами. Неожиданно Катерина разозлилась на брата за его болтливость.

– Косноязычен? – повторила она вслух. Сеймуру не привыкать к светским беседам, а вот ей не так-то легко придумать остроумный ответ. Чтобы не встречаться с ним взглядом, она смотрела на его рот. Он, как нарочно, облизывал чувственные губы розовым языком. – Как вы думаете, Серрей, у Сеймура действительно косой язык? – Серрей и Уилл покатились со смеху, а она лихорадочно пыталась придумать что-то еще. Наконец ей это удалось, и она защебетала: – Смотрите, как бы он не довел вас до беды!

Все трое одновременно хохочут. Катерина рада; находчивость не покинула ее даже в присутствии этого красавца, смутившего ее покой.

Мег ошеломленно смотрела на мачеху. У нее не было случая узнать такую Катерину – остроумную и находчивую придворную даму. Катерина наградила ее ободряющей улыбкой, а Уилл представил ее Сеймуру; Сеймур оценивающе посмотрел на девушку, будто собирался ее съесть. Катерина взяла падчерицу за руку со словами:

– Пойдем, Мег, мы опоздаем к леди Марии.

– Так неучтива – и так мила! – с притворной улыбкой произнес Сеймур.

Катерина сделала вид, что не слышит. Она поцеловала Серрея в щеку и, отойдя на безопасное расстояние, полуобернувшись, вежливо кивнула Сеймуру.

– Я провожу вас, – сказал Уилл, проскальзывая между сестрой и Мег и беря обеих под руки.