У меня удобная кровать, но при этом я настолько занят, что ею пользуется только косоглазый кот, да и то не по назначению.
На этот раз у него не получилось ее рассмешить.
— Каролина полетела с бабушкой на Крит, — продолжала Саша. — Каждый день присылают мне фотографии. Им там хорошо. А я должна захлопнуть дверь. Сейчас или никогда.
Дух теребил ключи от машины. Заметно было, что он поник, видимо приняв ее ответ за очередной «от ворот поворот».
— Это очень личное, — начала она. — Сегодня ночью я должна добраться на другой конец Польши. Хайнувка, на краю Беловежской Пущи. Восемь часов пути. Во всяком случае, так утверждает мой навигатор. Вернусь через два дня. А вот после этого чертова экзамена — с удовольствием. Только без кровати.
Они молча посмотрели друг на друга, а потом одновременно улыбнулись.
— Опять не получилось, — вздохнул Дух, притворяясь разочарованным, но глаза его смеялись.
— Я очень быстро справлюсь, — заверила Залусская.
Духновский протянул в ее сторону свою огромную костистую лапу. Она напряглась, стараясь успокоить учащенное дыхание, но чувствовала, что заливается румянцем до самых кончиков ушей. Он едва дотронулся до нее, а когда убрал руку, она обнаружила на своей ладони потертую «беретту» калибра 9,5, ту самую, из тира. Залусская потеряла дар речи.
— Не украл, не бойся, — хихикнул Дух.
Саша подумала, что этот сорокапятилетний мужик во многом походит на хулиганистого мальчишку. Раньше она не видела в нем ни тени обаяния. Неужели он мог настолько измениться? Или это, скорее, с ней произошла метаморфоза?
— Пистолет принадлежал моему отцу. Семейная реликвия, — пояснил он. — Вот, принес тебе.
— Я не ношу с собой оружия, — неуверенно запротестовала Саша. — Нет необходимости.
Дух ожидал иной реакции и был явно озадачен отсутствием восторга с ее стороны.
— Поупражняешься в лесу перед экзаменом. Или как?
— Или как.
— Это подарок, — отрезал он. — К прошедшему Рождеству.
— А разрешение?
— Уже ждет у меня в столе. — Он подмигнул ей. — Только патронов нет.
— Я все равно очень долго привыкаю. — Саша взвешивала пистолет в руке, после чего положила его на колени и принялась рассматривать. — Когда я купила себе посудомоечную машину, то наблюдала за ней две недели, прежде чем включить в первый раз. Это хорошо, что нет патронов. Я пока не буду ей пользоваться.
— Совсем-совсем?
Она растянула губы в улыбке и повторила слова подполковника, пародируя тембр его голоса:
— Почти совсем-совсем.
Тогда Духновский раскрыл вторую ладонь и пересыпал в ее карман горсть патронов, словно это были леденцы.
— Я пошутил. Все-таки во мне дремлет клептоман. — Он наклонился к уху Саши. Она почувствовала запах его одеколона, кожи и сигарет. Голова сразу закружилась, она с трудом пыталась сосредоточиться.






