Затем вышел на веранду и поглядел со второго этажа вниз, наклонившись через окаймленные ярко-красными фуксиями перила. Внезапно брызнувшее на него солнце побелило ему спину — будто мукой посыпало.
Во внутренний дворик — патио — с улицы входил чернокожий слуга.
— Почему ты так долго? — крикнул ему с балкона Дюран. — Цветы купил?
Вопрос был совершенно риторическим, поскольку негр нес в руках конусообразный пакет, сквозь пергаментную обертку которого просвечивало что-то нежно-розовое.
— Да купил.
— Экипаж приготовил?
— Он вас ждет.
— Я тебя едва дождался, — продолжал он. — Ты ушел, как…
Слуга с философским добродушием покачал головой:
— Влюбленный мужчина вечно спешит.
— Ну поднимайся же, Том, — нетерпеливо позвал он. — Ты что, там целый день стоять собираешься?
Все так же благодушно улыбаясь, Том продолжил прерванное движение к фасаду дома и вскоре скрылся из виду. Минутой позже наружная дверь квартиры отворилась, и он предстал перед ее владельцем.
Последний, обернувшись, подошел к нему, схватил букет и поспешными нервными движениями развернул упаковку, не особенно церемонясь с содержимым пакета.
— Вы намереваетесь подарить ей цветы или разорвать их на кусочки? — сухо осведомился слуга.
— Послушай, надо же мне посмотреть. Как по-твоему, Том, ей понравятся розы с душистым горошком? — При последних словах в его голосе послышалась жалобная беспомощность, как будто он хватался за соломинку.
— А разве они не всем дамам нравятся?
— Не знаю. Я ведь с девушками только… — Он не договорил.
— Да, цветы подходящие, — снисходительно отозвался Том. — Продавец сказал, что девушкам нравятся, — продолжал он. — Продавец сказал, что все только их и покупают. — Он с хозяйским видом расправил охватывающий цветы фигурный ободок из бумаги, немного примятый упаковкой.
«Дорогой сэр,
В ответ на Ваш запрос мы с удовольствием направляем Вам имя и адрес одной нашей клиентки. Если Вы соблаговолите обратиться к ней лично, то мы уверены, что это может положить начало взаимоприятной переписке…»
Следующее начиналось фразой, выведенной еще более изящным почерком, на этот раз женским:
«Любезный мистер Дюран…»
— и заканчивалось так:
«С уважением, мисс Дж. Рассел».
Следующее:
«Дорогой мистер Дюран… Искренне Ваша, мисс Джулия Рассел».
Следующее:
«Дорогой Луи Дюран… Ваш искренний друг, Джулия Рассел».
Затем:
«Дорогой Луи… Ваш искренний друг, Джулия».
И затем:
«Дорогой Луи… Искренне Ваша, Джулия».
А затем:
«Луи, дорогой… твоя Джулия».
И наконец:
«Луи, мой возлюбленный… Твоя нетерпеливая Джулия!»
В этом письме был еще и постскриптум:
«Когда же наконец наступит среда? Я считаю часы до отплытия парохода».
Снова сложив их по порядку, он любовно и нежно похлопал пачку, чтобы подровнять.






