— Откуда мне, черт побери, знать, — пробормотал святой отец и потянулся за бутылкой, но обнаружил, что она пуста. Он опустился на стул и закрыл уши ладонями, чтобы заглушить эти ужасные звуки. Вообще-то, с псалмом «Следуй за мной» он слегка погорячился. Следовало бы выбрать «Зеленые холмы вдали». Этот псалом труднее истолковать двусмысленно.
Когда наконец псалом подошел к концу, он посидел, наслаждаясь тишиной, и уже было собрался пойти поискать еще одну бутылку, как раздался стук в дверь и вошла Ева.
— Святой отец, я согрешила, — пронзительно воскликнула она. Святой отец Джон Фрауд уцепился за подлокотники кресла и попытался проглотить комок в горле. Это было нелегко. Затем, преодолев весьма обоснованные опасения относительно внезапного появления у него симптомов белой горячки, он нашел в себе силы говорить.
— Встань, дитя мое, — обратился он к Еве, извивающейся на ковре у его ног. — Я выслушаю твою исповедь.
20
Инспектор Флинт выключил магнитофон и посмотрел на Уилта.
— Ну?
— Что «ну»? — спросил Уилт.
— Это она? Это миссис Уилт?
Уилт кивнул.
— Боюсь, что она.
— Что ты хочешь этим сказать? Чертова баба жива. Ты, мать твою, должен быть счастлив. А ты говоришь, что боишься, что это она.
Уилт вздохнул.
— Я просто подумал, какая пропасть лежит между человеком, живущим в нашей памяти и воображении, и тем, что он на самом деле собой представляет. Я уже было начал вспоминать о ней с удовольствием и вдруг…
— Ты когда-нибудь бывал в Уотеруике?
Уилт отрицательно покачал головой.
— Никогда.
— Местного викария знаешь?
— Я вообще на знал, что там есть викарий.
— И ты не имеешь представления, как она туда попала?
— Вы же слышали, что она сказала, — заметил Уилт. — Она сказала, что была на катере.
— А ты, разумеется, не знаешь никого, у кого бы был катер?
— Инспектор, у людей моего круга нет катеров. Может, у Прингшеймов есть катер?
Инспектор поразмыслил над предположением и отверг его. Они проверяли все лодочные станции и выяснили, что катера у Прингшеймов не было и они не брали катера в аренду.
С другой стороны, в мозгу его начинала брезжить мысль, что он является жертвой ужасного розыгрыша, злокозненного и сложного плана сделать из него идиота. По наущению этого дьявола Уилта он распорядился об эксгумации надувной куклы и позволил сфотографировать себя на ее фоне в тот момент, когда она меняла пол. Он является инициатором изъятия свиного паштета в масштабах, не имеющих прецедента в этой стране. Его ничуть не удивит, если фабрика подаст на него в суд за то, что он нанес урон ее ранее безупречной репутации. И наконец он в течение недели держал под стражей по всей видимости невиновного человека.






