И промолвил Ильмаринен:
«Это волку нужно только!
Я жены хотел из злата,
80
Ждал из серебра супруги».
И кователь Ильмаринен
Вновь овцу в огонь кидает,
Прибавляет больше злата,
Серебра еще бросает,
85
Вновь рабов к мехам он ставит
За поденную оплату.
Раздувать мехи пустились
И накачивают воздух
Голыми рабы руками,
90
Плечи вовсе не покрыты.
Сам кователь Ильмаринен
Поворачивает угли —
Изваяние из злата,
Из сребра невесту сделать.
95
Но плоха рабов работа,
И мехи качают слабо.
Сам кователь Ильмаринен
Раздувать мехи подходит.
Раз качнул, качнул другой раз,
100
И потом, при третьем разе,
Посмотрел на дно горнила,
На края горящей печки, —
Что выходит из горнила,
Что в огне там происходит?
105
Из огня бежит жеребчик,
И к мехам он подбегает,
Златогривый, среброглавый,
А копытца все из меди.
Все жеребчиком довольны,
110
Но кователь недоволен.
И промолвил Ильмаринен:
«Это волку только нужно!
Я жены хотел из злата,
Ждал из серебра супруги».
115
И кидает Ильмаринен
Вновь жеребчика в горнило,
Прибавляет больше злата,
Серебра еще бросает,
Вновь рабов к мехам он ставит
120
За поденную оплату.
Раздувать мехи пустились
И накачивают воздух
Голыми рабы руками,
Плечи вовсе не покрыты.
125
Сам кователь Ильмаринен
Поворачивает угли —
Изваяние из злата,
Из сребра невесту сделать.
Но плоха рабов работа,
130
И мехи качают слабо;
Сам кователь Ильмаринен
Раздувать мехи подходит.
Раз качнул, качнул другой раз,
И потом, при третьем разе,
135
Посмотрел на дно горнила,
На края горящей печки, —
Что выходит из горнила,
Что в огне там происходит?
Из горнила вышла дева
140
С золотыми волосами
И с серебряной головкой,
С превосходным чудным станом,
Так что прочим стало страшно, —
Ильмаринену не страшно.
145
Стал трудиться Ильмаринен,
Сам кузнец над изваяньем,
Он ковал, не спавши, ночью,
Днем ковал без остановки.
Ноги сделал этой деве,
150
Ноги сделал ей и руки,
Но нога идти не может,
И рука не обнимает.
Он кует девице уши,
Но они не могут слышать.
155
Он уста искусно сделал
И глаза ей, как живые,
Но уста без слов остались
И глаза без блеска чувства.
И промолвил Ильмаринен:
160
«Хороша была бы дева,
Если б речью обладала,
Дух и голос бы имела».
И повлек красотку деву
На пуховую перину,
165
На покойные подушки,
На постель свою из шелка.
Вот кователь Ильмаринен
Истопил, напарил баню,
Приготовил в бане мыло;
170
Он связал ветвистый веник
Да воды принес три кадки,
Чтобы зяблица купалась,
Подорожничек омылся
От нагара золотого.
175
Вдоволь сам кузнец помылся,
С наслажденьем искупался.
Лег он рядом с этой девой
На пуховую перину,
На стальной своей кровати,
180
На подставках из железа.
Взял кователь Ильмаринен,
Взял он первою же ночью
Одеял число большое,
Да принес платков он кучу,
185
Две иль три медвежьи шкуры,
Одеял пять-шесть суконных,
Чтобы спать с своей супругой,
С золотой женою рядом.






