ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Мегапроект «Антология сатиры и юмора России XX века» — первая попытка собрать воедино творения лучших сатириков и юмористов уходящего столетия. CАША ЧЁРНЫЙ * АНТОЛОГИЯ САТИРЫ И ЮМОРА РОССИИ XX ВЕКА Саша Черный Серия основана в 2000 году С июня 2003 г. за создание «Антологии Сатиры и Юмора И России XX века» издательство «Эксмо» — лауреат премии X международного фестиваля «Золотой Остап» * Редколлегия: Аркадий Арканов, Никита Богословский, Владимир Войнович, Игорь Иртеньев, проф., доктор филолог, наук Владимир Новиков, Лев Новоженов, Бенедикт Сарнов, Александр Ткаченко, академик Вилен Федоров, Леонид Шкурович Главный редактор, автор проекта Юрий Кушак © С. С. Никоненко, предисловие, составление, 2003 © Кушак Ю. Н., составление, 2003 © ООО «Издательство «Эксмо», 2004 Светлая душа Лет сорок с лишком назад приятель привез из Риги старый журнал «Перезвоны», издававшийся там в 20-х годах. Листая журнал, я наткнулся на довольно длинную поэму «Дом над Великой». Обратил внимание на подпись: А. Черный. С Сашей Черным многие читатели в Советском Союзе были знакомы. В 1960 году вышел его том в «Библиотеке поэта», который мгновенно стал библиографической редкостью. Его острые, меткие, даже вызывающие стихи, написанные давным-давно, звучали свежо и современно. И вот тут кто-то себе взял его псевдоним, правда, с инициалом А. А может, это сам Саша Черный? Да нет, не может быть. Ну что это? Любой пустяк из прежних дней Так ненасытно мил и чуден. В базарной миске, средь сеней, На табуретке стынет студень. Янтарно-жирный ободок Дрожит морщинистою пленкой. Как застывающий прудок Под хрупкой корочкою тонкой… Желток в хрящах застыл кольцом. Каемка миски блещет сонно, И кот, глубокий гастроном. Вдыхает воздух упоенно… Конечно же, это не может быть Саша Черный. Какая-то благостная картинка. Что тут общего с разящим сарказмом, издевкой, неожиданным поворотом мысли, с блестящей метафорой? Взять

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Ах, только гимназистки без скандалов

Любовь с наукой могут совмещать!

Пришел. Навстречу грозный голос Любы:

«Когда Лойрла орден основал?»

А я в ответ ее жестоко в губы,

Жестоко в губы вдруг поцеловал.

«Не сметь! Нахал! Что сделал для науки

Декарт, Бэкон, Паскаль и Галилей?»

А я в ответ ее смешные руки

Расцеловал от пальцев до локтей.

«Кого освободил Пипин Короткий?

Ну что ж? Молчишь! Не знаешь ни аза?»

А я в ответ почтительно и кротко

Поцеловал лучистые глаза.

Так два часа экзамен nродолжался.

Я nолучил ужаснейший разнос!

Но, расставаясь с ней, не удержался

И вновь nоцеловал ее взасос.

Я на экзамене дрожал, как

в лихорадке,

И вытащил… второй билет! Сnасен!

Как я рубил! Сnокойно, четко, гладко…

Иван Кузьмич был страшно nоражен.

Бегом с истории я, радостный и чванный,

Летел мою любовь благодарить…

В душе горел восторг благоуханный.

Могу ли я экзамены хулить?

Стихотворение незамысловатое, история простенькая. Но… какая за этими строчками чистота, молодость, непосредственность!

И почти каждое стихотворение Саши Черного — это рассказ о характерах, о людях, о живой жизни, в которой есть и мерзости, и непреходящая красота…

Нет, Саша Черный — вовсе не мизантроп и ворчун, каким его почему-то считали некоторые критики, а поэт, а затем и прозаик, пропустивший сквозь свою душу муки и радости мира и выразивший свои чувства, свою боль, свою надежду, свою веру в многоликом и ярком творчестве. И если критики это не сразу поняли, то широкие читательские массы (это уже термин из советской эпохи) — почувствовали это сразу.

«…Талантливый, но еще застенчивый новичок из волынской газеты приобрел в несколько недель и громадную аудиторию, и широкий размах в творчестве, и благодарное признание публики, всегда руководимой своим безошибочным вкусом», — писал о Саше Черном Александр Куприн.

А вот мнение А. М. Горького, высказанное в письме М. М. Коцюбинскому 24 сентября 1912 г. Сообщив, что его на Капри посетили несколько художников, Горький продолжал: «Были и литераторы — Саша Черный, оказавшийся очень скромным, милым и умным человеком»[2].

Если эпитеты «скромный» и «милый» можно отнести только к личности Саши Черного, но отнюдь не к его поэзии, то характеристика «умный» вполне характеризует и его талант. Поэзия Саши Черного была умной и оставалась таковой при всех масках, которые надевал на себя поэт.

«…Такого оригинального: смелого, буйного лирико-юмориста, такой мрачно-язвительной, комически-унылой, смешно-свирепой стихотворной маски не появлялось на Российском Парнасе со времен почти что незапамятных», — отмечал писатель Александр Амфитеатров[3].

Примерно в 1910 г. поэт, как бы повзрослев, начинает печататься под именем Александр Черный.