ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Говорила мне бабушка держаться подальше от регистраторши Люси, грозы местной поликлиники, а я взяла да подружилась с ней. Махнула рукой на предчувствие в нижних девяноста и решила отдохнуть Эксклюзив Глава 1 Нижние девяносто чуют неладное сразу, как только мы с подругой ступаем на порог дачи. Поставив пакет и корзину с грибами на пол, мы синхронно обводим взглядом разбросанные в коридоре вещи. Пока моя подруга Люся сокрушается от того, что кто-то устроил погром в ее доме, я аккуратно прохожу в гостиную. Хаос, творящийся в очередной комнате, я уже не замечаю, ибо мой взгляд обращен на лежащего на полу мужчину, по совместительству, бывшего Люси. Если сначала мне показалось, что он в очередной раз напился до отключки, то подойдя ближе и узрев в его теле рукоятку ножа, которым мы с Люсей еще вчера нарезали кабачки для закаток, у меня появились сомнения. Протягиваю руку к его шее и прикладываю пальцы к сонной артерии. И…ничего. Хватаю первое попавшееся зеркало и подношу к его носу в надежде, что оно запотеет. И тоже – ничего! Мамочки, передо мной совершенно точно труп! – Помер-таки, – слышу позади себя голос Люси. – Еще и пол мне чем-то загадил. – А тебя не смущает, что его убили?! – истерично произношу я, вставая с пола. – Да, смущает, что его кто-то грохнул на моей даче и теперь нам это расхлебывать, а в остальном – закономерный исход для такого как он, – невозмутимо произносит подруга, усаживаясь в кресло. – Отойди от него и прекрати лить слезы. Было бы по кому. Если бы не Люсины слова, я бы и не поняла, что плачу. Провожу тыльной стороной руки по щекам, вытирая непрошенные слезы. – Тебе совсем его не жалко? – возмущенно произношу я, обводя Люсю укоризненным взглядом. Да, Виктор, упокой его душу, за полгода нашего с ним знакомства, так и не вызвал моей симпатии, напротив – неприязнь, но я-то не Люся. У них, в конце концов, отношения были! – Конечно, жалко. Только не его

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Потеребите магический шар, возможно, он подскажет, – перевожу взгляд на папоротник и в этот момент моя ладонь оказывается в руке ясно зрячего. Вот же подстава подстав. На ладони красуются свежайшие мозоли.

– Что теребила до мозолей?

– Чего я только не теребила, всего и не упомнишь, – как можно беззаботнее произношу я.

– Экс, давай я начну говорить с ними по-другому, – подает голос тот, что со шрамом.

– Ломать ледям пальцы – это не разговоры, – улыбаясь произносит главный.

– Леди не склоняются, кстати, – да заткнись ты, Лиза!

Удивительно, но на очередное исправление речи ясно зрячий не дает мне ни в нос, ни в глаз. Вместо этого он подходит к могилке и начинает убирать накиданные нами ветки и шишки. А затем проводит ладонью по земле.

– Я в курсе, что не склоняется. Но леди, которые убивают и закапывают труп уже как бы и не леди, поэтому вы – будете склоняться.

Па-пара-пада-па-пам пара-пада-па-пам, пам! Все!

– Магический шар мне подсказывает, что Витюша вот тут. Итак, леди, перейдем к сути нашей встречи, вы что-нибудь позаимствовали у уже убиенного Витюши?

– Я

точно нет!

– Рыжая? – кивает в сторону Люси.

– Нет, конечно. Что у этого алкаша можно заимствовать?

– То есть вы ничего не брали у Витюши? – в очередной раз допытывается главный.

– Нет! – синхронно произносим с Люсей.

– Тогда зачем грохнули товарища?

– Это не мы! – истерично произношу я. – Мы только его закопали, чтобы нас не обвинили в его смерти. Нет тела – нет дела.

– Лиза! – тут же вскрикивает Люся.

– Да какая разница, если он все равно уже в курсе, что Витя умер и захоронен здесь.

– Зато ни у кого не было доказательств, что это мы его закопали!

– Да неужели?

– Леди, я вам не мешаю?

– Конечно, мешаете, – не раздумывая, бросаю я.

– Это был риторический вопрос, Елизавета Банько. Значит ничего не брали у Витюши?

– Нет!

– К убийству мы вернемся позже. Предположим, что его грохнули не вы. Перед тем как его закопать, вы проверяли его карманы? Обувь? – мотаю головой.

– Я проверяла, – подает голос Люся и направляется к главному. Становится в шаге от него. И, о счастье, выставив свои верхние девяносто, чуть ли не помноженные на два, вперед, Люся впервые заставляет главного напрячься.

Метр восемьдесят, как никак, и чрезмерно большая грудь делают свое дело. Люся хоть и красива, но выглядит порой устрашающе в глазах мужчин, особенно, если те низкорослые, как я. И хоть мужчина из сна не ниже Люси, ее комплекция на него определенно давит, это не мои метр пятьдесят пять.

– И что при нем было?

– Сто рублей. Я их, разумеется, забрала. Если они вам нужны, так уж быть, отдам.

– Это все, что при нем было?

– Да. А, ну и хрень какая-то черненькая, я ее выбросила.

– Какая хрень? – действительно, какая? Я была в таком трансе, что не замечала, что Люся творит там с трупом.

– Маленькая, черная.