ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Студент исторического факультета Санкт-Петербургского государственного университета, мечтая написать учебник будущей истории, "заглядывает" на сто лет вперёд и оказывается в Путинбурге… Федор Галич Путинбург Глава первая В детстве маленький Владимир стеснялся своего имени и, втайне от родителей, сильно печалился от того, что они назвали его именем популярного в советские времена персонажа идиотских анекдотов «Вовочкой», а не АЛЕКСАНДРОМ, в честь великого полководца Александра Невского. Многократно пересматривая свой любимый фильм «Александр Невский», Владимир мечтал (когда вырастет) стать таким же смелым, сильным и справедливым, как его кумир, чтобы защищать родную землю от всяких пришлых басурман. Особенно ему нравилась в фильме фраза «Кто с мечом к нам войдёт, от меча и погибнет!» Она так сильно укоренилась в его сознании, что стала для него девизом всей его жизни. Однако, хилые физические данные и заложенное в него с детства родителями правильное воспитание не позволяли Володе бить шведов, приезжих финнов, не говоря уж о местных питерских хулиганах. Со своим щуплым телосложением, слабым зрением, тонкими ручками и ножками, он мог заниматься музыкой, фигурным катанием или балетом. Но все эти внешкольные увлечения не соответствовали его внутреннему амплуа доблестного рыцаря, и сидящий где-то в глубине его души мужской характер категорически отвергал девчачьи разновидности досуга. Не имея богатырского здоровья, но всем сердцем желая быть приобщённым к пацанским игрищам, он, вместо того, чтобы бегать целыми днями по двору с игрушечным деревянным мечом, читал о настоящих баталиях и бесстрашных героях, совершающих многочисленные подвиги. «Проглатывая» одну книгу за другой, Владимир не замечал, как пролетали дни, месяцы, годы. Перейдя в старшие классы, он перешёл с художественной литературы на учебники Истории и, изучив их от корки до корки, стал ещё больше гордиться велич

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Вспомнив, что сегодня 19 июня 2015 года, а ему нужно установить 20 июня, Владимир продолжил легонько нажимать на первую цифру, до тех пор, пока на ней вновь не замигала «двойка». Пытаясь сохранить первую цифру, он нажал на соседнюю цифру справа. «Двойка» действительно перестала мигать, передав мигающую «эстафету» соседней «однёрке». Превратив «единицу» в «ноль», Владимир последовательно изменил третью и четвёртую цифры, обозначая нужный месяц, а вот последние четыре цифры года он оставил без изменения. В итоге, на дисплее теперь высвечивалось «20062015».

class="p1">— Только бы не оказаться в 2006 году и не пробыть там до 2015. Я не хочу снова очутиться в пятом классе и дёргать за косичку свою будущую девушку Олю, которая мне изменит потом с моим же лучшим другом на выпускном вечере, — с испугом подумал Владимир, визуально разделив число на две равные части. — А если прибор перенесёт меня не в прошлое, не в будущее, а куда-нибудь на Марс? И, оказавшись там без специального скафандра, я задохнусь и умру? Думаю, что второй утраты в нашей семье мой отец точно не переживёт. Хотя, после смерти мамы прошло уже достаточно много времени, и у отца сейчас новая семья, новая жена, а я, являюсь той единственной ниточкой, которая связывает его с прошлой жизнью и, по большому счёту, мешает строить ему его новую жизнь. Я как третий лишний глаз, подглядывающий за любовными играми своего отца из соседней комнаты. Как третье лишнее ухо, подслушивающее его постельное «воркование» за стенкой. Как «кукушонок», живущий в одном гнезде с влюблёнными голубкАми. Как попугай, бубнящий на плече «капитана» всякие гадости о самой симпатичной (после мамы) «рыбке» на Земле. И если этот тяжёлый «груз» (в виде меня) свалится с плеч отца, то его больше ничего не будет тянуть в прошлое, и он, наконец, перестанет разрываться между мной и этой грымзой, а, значит, вновь обретёт спокойное семейное счастье. Ну, почему мой несчастный отец, после смерти мамы, нашёл утешение в объятиях именно этой ушлой, приезжей стервы, по которой сразу было видно, что ей нафиг не нужна его остывшая и скромная «сосиска»? Её ненасытный темперамент и барские замашки красноречиво говорили ему о том, что ей нужен целый «колбасный ресторан» и питерская прописка. Но отец никого не хотел слушать и, как загипнотизированный гадюкой наивный мышонок, пригрел её на своей груди. В общем, не знаю как отец, но мачеха точно обрадуется, если прибор меня закинет на Марс или ещё куда подальше, — с горечью подумал Владимир, но тут же резко себя одёрнул и тихонько похлопал рукой по своим губам. — Так. Всё. Стоп. Хватит сбивать настройки прибора своими негативными мыслями. А то, ещё чего доброго, «накаркаю» себе пункт назначения и улечу не в том направлении.