ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Мой капризный Муз вильнул хвостом и нашептал новую сказку. Как всегда про попаданку, уж простите. Энергичная пенсионерка после смерти попадает в тело молоденькой девушки и просто живет... Эффект ласточки ПРОЛОГ ГЛАВА ПЕРВАЯ ГЛАВА ВТОРАЯ ГЛАВА ТРЕТЬЯ ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ ГЛАВА ПЯТАЯ ГЛАВА ШЕСТАЯ ГЛАВА СЕДЬМАЯ ГЛАВА ВОСЬМАЯ ГЛАВА ДЕВЯТАЯ ГЛАВА ДЕСЯТАЯ ЭПИЛОГ ГЛОССАРИЙ ПРОЛОГ Елена Павловна терпеть не могла новый год. С самого детства. Не складывалось у нее с этим праздником. То воспитательница в детском саду не даст роль Снежинки, что Дед Мороз вместо плюшевого пуделя подарит коробку карандашей. Дальше больше. Юную Елену Павловну не приглашали в хорошие компании, а если и приглашали, то мама не отпускала из дому. Если же вдруг случайно Леночке удавалось вырваться из родительских объятий, ничего путевого все равно не выходило. Обязательно случалась какая-нибудь гадость: то шампанское паленое, то парень, который нравится, предпочитал другую. Кстати, о парнях, с ними Елене тоже не везло. Слишком робела она в мужском присутствии, смущалась, опускала глаза, мучительно краснела и мямлила. При всем этом Леночка ждала своего принца и не желала размениваться на мелочи, к тому же была слишком переборчива. Абы кому внимание уделять не желала. Как это все сочеталось в одной девушке непонятно. Но вернемся к новым годам, раз за разом отравляющим настроение милейшей Елене Павловне Ласточкиной. Даже замужество никак не повлияло на их качество. Муж праздниками интересовался только в гастрономическом смысле, романтики не признавал категорически. Диван, телевизор и хорошо накрытый стол полностью удовлетворяли его запросы. Леночка супруга любила и как могла старалась угодить ему. Зря, наверное. Немного лучше с новыми годами стало после рождения близнецов. В том смысле, что сначала они были маленькими, и им было все равно. А значит, Леночка могла с чистой совестью лечь спать, подчиняясь графику

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Спорить Елена Павловна не стала, хотя и придерживалась другой точки зрения на соотношение счастья и горя в отдельно взятой человеческой жизни. Как там пелось-то:

- Сладка ягода в лес поманит,

Щедрой спелостью удивит,

Сладка ягода одурманит,

Горька ягода отрезвит.

Ой, крута судьба, словно горка,

Доняла она, извела.

Сладкой ягоды - только горстка,

Горькой ягоды - два ведра.

Я не ведаю, что со мною,

Для чего она так растет.

Сладка ягода - лишь весною,

Горька ягода - круглый год.

Над бедой моей ты посмейся,

Погляди мне вслед из окна.

Сладку ягоду рвали вместе,

Горьку ягоду - я одна.

Ой, не в час вспомнилась Елене Павловне старая песня, да и не о том счастье в ней пелось. Целомудренный монах о другом толковал. Ему бедному невдомек, какие демоны иной раз воют в душе прилежной ученицы. Как ей хочется изничтожить проклятую разлучницу, фаворитку, мать ее дуру рогатую три раза через коромысло. Ведь гуляет же от нее муж в открытую. Впрочем, не герцогине Балеарской судить. Сама в ссылке прозябает, в то время как любовница...

- Нет, я не буду об этом думать, – до боли сжала кулаки Елена Павловна. - По крайней мере не сейчас, а то таких дров наломаю.

И все же ей было обидно. Оттого-то и не

стала она знакомиться с родственницей. И в комнату к ней не зашла. Не забыла, чью сестру пришлось спасать от смерти. Ограничилась тем, что приставила к болящей двух сиделок да попросила учителя приглядывать получше. Чай не простую даму пользует, а герцогиню.

Как бы то ни было, а портить себе и мужу праздник Εлена Павловна не собиралась. Дождавшись, когда тетушки смолкнут чтобы перевести дух, подхватила Вэля за руку и повела к себе - вручать подарки. Что сказать, угодила. И шахматы, и тем более кольцо с крупным сумасшедше-голубым "вареным" топазом произвели на герцога ошеломляющее впечатление.

- Что это? Откуда? – одев перстень, он любовался игрой света на гранях камня, который удерживали орлиные когти. Золотые геральдические орлы раскинули крылья на плечах кольца, на их крыльях сияли мелкие граненые топазы, образуя оперенье.

- Нравится? – только и спросила Елена Павловна. – Угодила?

- Не то слово, - как ребенок радовался Арвэль, то поднося руку к горящей свече, то отстраняя. – Ни у кого такого нет.

- Я искала камень под цвет твоих глаз, - с улыбкой призналась она.

- Элен, ты... Такие подарки, шахматы, в замке чистота, даже дышится легче, чем... – сбивчиво начал герцог. Жаль, не договорил, прервали.

- Ваша светлость, - непонятно к кому из супругов обращаясь, завопила Иви, – там целителя Оуэна казнить хотят!

- Что?! - моментально вскинулась Елена Павловна. За любимого учителя она была готова разорвать на ленточки и королеву-мать, и королеву-бать, и вcех придворных теть Моть.

- Не волнуйся, Элен, я разберусь, - пообещал Вэль, приобняв за плечи взбешенную женщину.