ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Очень трудно жить в мире взрослых, которые постоянно пытаются заставить тебя делать, что нужно только им. Особенно если ты сирота. Но очень легко, когда ты сам можешь заста... вернее, Светлая тьма. Сирота Глава 1 — Владимир Алексеевич, вы уверены, что именно этот мальчик? При всём уважении, я бы крайне не рекомендовала его. Глядя в окно, как на площадке играют младшие воспитанники детского дома, произнесла его управляющая Ольга Леонидовна Азарская. Слово — директор, а тем более директриса, ей очень не нравилось. Хотя по всем документам Ольга Леонидовна была именно директором детского дома имени Максима Горького, расположенного в крошечном городке недалеко от столицы империи, куда Азарскую направили работать сразу после окончания педагогического университета. Эффектная женщина, слегка за сорок, с роскошной шевелюрой каштановых волос, великолепным телом, прекрасным вкусом и ангельским голосом, как она сама о себе думала. Сейчас Ольга Леонидовна находилась в своём кабинете и беседовала с представителем одного из главных спонсоров детского дома. Молодым мужчиной в строгом костюме, на лацканах которого красовался позолоченный герб одного из великих родов империи. Мужчина представился ей, как Владимир Алексеевич и больше ничего не сказал о себе. Лишь предоставил документы, заверенные личной печатью князя Апраксина. Стихийный оттиск невозможно было подделать. Поэтому никаких сомнений, что это действительно представитель древнего рода, у Азарской не возникло. Сперва она испугалась, что молодой человек прибыл с проверкой. Всё же управляющая позволяла себе небольшие вольности, деньги на которые она брала, как раз из спонсорской помощи. Но вместо проверки Владимир Алексеевич запросил личные дела всех воспитанников от десяти до четырнадцати лет включительно. И вот после часа перебирания папок Владимир Алексеевич остановился и протянул папку с именем Александра Иванова. На папке б

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Это самая частая причина, из-за чего на нас ругались в детском доме.

Мужик сильно настаивал и в итоге просто оставил бутылку на асфальте, а сам уехал. Только после этого сторож взял бутылку и со словами: «Чего мне с тобой делать, я же так и сорваться могу». А потом отнёс её в свою сторожку и поставил на столе.

Среди ребят был Гришка Петров, очень сообразительный парень. А мы как раз тогда подарок искали для завхоза. Вот он и смекнул. Быстро умчался за мной, а потом уже мы произвели обмен.

Так вот, на эту бутылку мы повязали синюю ленточку, которую нам выделили девчонки. На этот раз в обмен на пять кусков сахара. Одни растраты, но ради такого надёжного партнёра, как Виктор Васильевич, я готов был на них пойти.

Поставили бутылку у завхоза в кабинете, пока он чем-то занимался у директрисы в кабинете вместе с другими сотрудниками детского дома, и оставили Вовку Ершова следить. Он

был очень усидчивым парнем. Любил много читать. Мы ему выдали книгу, которую он ещё не читал. Вроде Джека Лондона, что-то про рыцарей. И вспомнили, только через восемь часов.

Оказалось, что парень всё это время продолжал читать. Медленно он это делал. Виктор Васильевич несколько раз за это время заходил в свой кабинет, но так и не заметил наш подарок. И таких примеров была ещё куча.

Вот поэтому я и говорю, что порой взрослые не видят ничего у себя под носом.

Волк повёл меня внутрь полигона, открыл дверь, благодаря длинному коду, что ему пришлось вводить на панели, рядом с входной дверью. Она оказалась очень толстой. Такие, наверное, устанавливают только в банках. Даже в шкафу, где хранился сахар в детском доме, дверь была раз в десять тоньше.

А за дверью нас ждала лестница, ведущая вниз. Оказалось, что дом на поверхности — это только вход. Сам полигон находился в подвале. В подвале приюта находились только трубы, порой проржавевшие и выпускающие из себя воду.

Здесь же всё было совершенно иначе. Сразу после спуска шла раздевалка со множеством металлических шкафчиков. Рядом находился туалет и сразу пять душевых кабинок. Понятия не имею, для чего их так много.

— Здесь можно переодеться, если нужно. В каждом шкафчике лежит тренировочная форма и набор банных принадлежностей. Сейчас они нам точно не пригодятся, но на будущее запомни. На полигон тебя точно будут приводить ещё не раз. Любой выходец из старшей семьи должен уметь защищаться от базовых магических атак. Этому тебя и будут здесь обучать.

— Что значит — старшая семья? Слышу уже это не в первый раз. — спросил я, открыл первый попавшийся шкафчик и принялмя разглядывать его содержимое.

Какой-то тёмный комбинезон, который мне будет слишком велик, кроссовки, также не по размеру и два полотенца. Волк в это время начал переодеваться.