— Очень интересно, какого это ехать на таких больших колёсах с шипами.
— Сказал же, что не прокачку. Проси отца, и он тебе всё устроит. У вас же так это делается? Чего не захотел, просишь у отца и всё получаешь.
— Не знаю. Я никогда так не делал. Да и нет у меня отца. — пожал плечами парень, чем сильно удивил Арсения.
В том, что перед ним не слуга, он был уверен. Слишком хороший костюм для слуги. Наверняка из зачарованной ткани. Да и герб… Хотя вот с обувью беда. Какие-то старые кеды. Даже армейская обувь Портного была в сотни раз лучше.
— Ну так прокатите? Я бы сам, только не знаю, как управлять машиной. В детском доме был один старый автобус, вот только нас к нему не подпускали, чтобы можно было за руль сесть.
— В каком детском доме? — удивился Арсений.
— Имени Максима Горького. — не растерялся парень. — Так прокатите?
— Сказал уже, что нет. И хватит меня уговаривать.
— Я же не просто так. Смотрите, что могу вам предложить в обмен.
После этих слов парень выхватил что-то из кармана пиджака и протянул на открытой ладони родовой перстень. Пусть Арсений и видел такие всего пару раз в жизни, но прекрасно знал, что они значили. У того же генерала Белкина имелся родовой перстень, и он им невероятно сильно гордился.
Как-то по пьяни даже рассказал своему водителю, что этот перстень заслужил его четырежды прадед во времена Отечественной войны восемьсот второго года. Тогда он умудрился спасти кого-то из старшей семьи и за это был награждён таким даром. По сути, роду генерала предложили стать слугами старшей семьи. От подобного не отказываются.
И вот сейчас Арсению предлагали то же самое. Простому парню из глухой деревни в Самарской губернии. Одарённому всего второго
ранга, а это чуть сильнее, чем ничего. Слабее были лишь одарённые первого ранга, которые и свечу не могли зажечь своим даром.
— Согласен? Если нет, то могу ещё предложить пятьдесят рублей. Только потом, когда мне заплатят.
* * *
Дежурство на Добронравово-Апраксинском шоссе всегда было сродни поощрению, которое получают особо отличившиеся сотрудники. Вот и сегодня, старший лейтенант Гаврилин получил заслуженное назначение. Он даже сперва не поверил, когда получил разнарядку именно сюда.
Мечта любого инспектора оказаться дежурить в месте, где чуть ли не каждый второй плевать хотел на правила дорожного движения. А избежать наказания не могли даже самые влиятельные люди. Закон в империи был равен для всех. Это непреложное правило, которое Рюриковичи установили очень давно. Говорят, ещё на заре своего восшествия на престол.
Даже аристократам приходится считаться с большинством законов империи.






