ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

+ Первобытный охотник, выживающий в проклятых пустошах. + Чернокожий вождь, ставший лучшим гладиатором империи. + Рыцарь в странных доспехах, о котором говорят, что он спустился с неба. + Эхо Древних Пролог Автор благодарит В.В.Пискарева, без поддержки которого эта книга никогда не была бы написана. Сородичи плотным живым кольцом окружили костёр, разведенный на большой площадке в центре стойбища варанхов. Сбившись плотной кучей поближе к теплому пламени, расселись дети. Слушали старого шамана, разинув рты и восторженно хлопая глазами. Чуть поодаль расположились взрослые, кто-то хмурился, кто-то весело скалил зубы. Но никто не шумел, вели себя тихо. Разве что изредка могли щелкнуть ногтями, давя вошь, или ненароком пустить ветры. Внешне безобразный, но всеми уважаемый, рассказчик восседал на шкуре громадного пустынного кота, расстеленной на плоском камне. Отсветы пламени плясали на его источенном морщинами и покрытом струпьями лице, а глаза вдохновенно горели. Словно в перемороженную картофелину вставили пару сверкающих бриллиантов. - В любом брюхе живут мелкие существа – червячки, слепыши, всякие личинки. И в тебе, маленький Чих, и в тебе почтенная Даха, - шаман выдержал небольшую паузу, задумчиво пошамкал губами, и продолжил. – Мы дарим им кров и пищу, мы – их боги, а они этого даже не понимают. Но чего ждать от глупых червей? У них нет глаз, чтобы видеть, и нет ушей, чтобы слышать. Шаман затих, а потом неожиданно резко возвысил голос: - Но мы-то с вами не черви! Мы видим и слышим! И потому чтим бога, внутри которого живём! Кто-то из самых маленьких испугался и заплакал. Раздался шлепок – понятливый малыш ойкнул и притих, обиженно шмыгая носом. Шаман продолжал: - Все мы живём в брюхе великана. Белые облака – это небесное сало, грозовые тучи – гнойные нарывы, прорывающиеся молниями и гнилостной влагой. Старик замолчал, обвел серьезным взглядом собравшихся, остановился

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Конечно, паразита нужно снять как можно быстрей, пока он не отравил кровь, однако приходилось выбирать меньшее из двух напастей. Потому Хрум стиснул зубы и с болтающейся на ноге желеобразной тварью продолжил путь.

Ступив на территорию Пятна, он ничего не почувствовал. Такой же воздух, запахи, температура. Даже наоборот слегка успокоился – наконец-то совершил поступок, о котором давно мечтал, но никак не мог решиться.

За спиной не замолкали вой и обиженное мяуканье. Хрум обернулся к преследователям и злорадно рассмеялся – три кота остались позади, не решившись переступить черту. Лишь нервно хлестали по ляжкам линялыми хвостами и злобно сверкали вертикальными зрачками.

Хрум наконец опустил взгляд вниз, на онемевшую ногу. За счет пожираемой плоти слизень раздувался, становясь толще и тяжелее. К сожалению, это не означало, что отлепить тварь будет проще. Сама она никогда не насытится, даже если сожрет жертву целиком, без остатка.

Хрум вспомнил, как в детстве одному из его товарищей также не посчастливилось. Неопытный мальчик тогда просто отрезал впившегося слизня, надеясь, что голова сама отвалится. Но не тут-то было. Слизень – это и есть голова с присоской, а остальное туловище – это пищевой запас, который тварь таскает на себе. Потому лишиться запаса слизню неприятно, но не смертельно – отрастит новый.

Итак, резать опасно и уже поздно, нужно было найти иные способы. Например, использовать плотоядную капусту, как раз питающуюся слизнями. Прислонил ногу к такому растению – и мясистые листья все сделают сами – от слизня не останется и следа, а для людской плоти капуста не опасна. Хрум внимательно пошарил взглядом вокруг, но ничего похожего не обнаружил – здесь, на поверхности Пятна, растений было мало, да и те странные, измененные магией.

На глаза попался жук-шаровик, тоже необычный – крупный и не желто-зеленый, как обычно, а черно-бордовый. Но это точно был шаровик – потешно усевшись на жучью задницу, он мусолил в передних лапках козявку, слепленную из собственных выделений.

Такие шарики известны каждому варанху с детства, они дарят бодрость, снимают боль и усталость. Ими нельзя злоупотреблять, может возникнуть зависимость, но в острые моменты это отличная поддержка и лекарство.

Разумеется, шарик не поможет отлепить слизняка, однако сделает его ленивым, пока не найдется более действенное средство.

Хрум достал из поясного мешочка трубку, набил её горючим лишайником и, отобрав у возмущенного жука шарик, положил его сверху. Щелкнул ногтем по кольцу на большом пальце, высекая искры. Раскурил трубку, затянулся.

Эффект пришел почти сразу. И в этот раз он оказался совершенно необычным. Не было прилива энергии и ясности мыслей, однако лени и сонного оцепенения также не было.