ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

— Верная, значит? — Верная. — А он? — И он. — Почему тогда ты тут одна? Разве он не должен тебя встречать? — Должен — не должен — каждый решает сам. Но я не сомневаюсь, что встретил, если Рина Беж Сделка-only Глава 1 — Да, мляяя! Пи@дец! Именно таким возгласом меня встречает культурная столица нашей родины. Знаменательно. Почти пророчески. Но об этом я узнаю чуть позже. Сейчас же молча запихиваю сотовый, которым так и не успела воспользоваться, в накладной карман сумки и поднимаю взгляд на молодого человека. — Неудачно вышло. Но я, правда, тебя не видел, — выпаливает он. Еще секунду назад украшавшая его довольное лицо улыбка тускнеет, а на смену приходит грустная моська с виноватым выражением, когда он принимается изучать творение своих рук. — Извини, а? Я тоже опускаю взгляд себе на грудь. И морщусь, рассматривая большое темно-коричневое пятно от кофе, расплывающееся все шире. Моя любимая нежно-голубая блузка в мелкий горошек безбожно испорчена. Неудачно вышло. Судя по всему, парнишка только купил большой стакан американо и две трети его опрокинул не в себя, а на меня. — Ты не обожглась? Чего молчишь? Немая? Или в шоке? Ну, инцидент, конечно, не из приятных, однако, до шока мне тоже далеко. Если бы из-за каждого недоразумения я впадала в прострацию, давно бы работала только на одни лекарства. Когда пять лет назад в числе прочих соискателей подавала документы на должность помощника начальника юридической службы нашей организации, удивлялась, почему стрессоустойчивость идет вторым пунктом в списке требований к замещаемой должности. Сразу после уровня образования. Поработав с недельку, удивляться перестала. В «Слайтон-строе», чтобы удержаться, приходится либо ведрами глотать валерьянку, либо иметь железные нервы. В ином случае спасет лишь поиск нового места службы. — Эй, девушка! Черт! Это ты так расстроилась, что дар речи пропал? А хочешь, я тебе химчистку оплачу? И во

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Раньше, чем машина полностью притормаживает. Заношу ногу в салон, параллельно начинаю диктовать адрес. И всё.

На плече сжимается крупная ладонь, останавливая и речь, и попытку присесть. Кому принадлежит рука, сомневаться не приходится.

— Извини, командир, эту даму я сам отвезу, — аккуратно, но уверенно меня вытаскивают на улицу и возвращают за поребрик. После чего Арский ныряет головой в салон и протягивает таксисту зеленую купюру. — За беспокойство.

Открываю рот, чтобы по правилам обиженной женщины высказать возмущение, ну не бросаться же на шею, но…

— Знаешь, Вера, я, пожалуй, Ольге даже спасибо за ее звонок скажу.

Одной фразой Виктор меня обезоруживает и накручивает сильнее.

— Что? Что ты сказал?

Разворачиваюсь, утыкаясь носом в гранитную грудь, и вскидываю вверх голову.

— Честно, — он как будто меня не слышит и продолжает своё, — сначала я хотел быстро заскочить по адресу, который Маркова продиктовала, чтобы убедиться, что это не настоящая катастрофа, как она описала, а очередной ее «хитрый» ход, а после поехать к тебе, чтобы обсудить все те предъявы, которые ты мне убегая озвучила, но… вдруг подумал, что с твоим-то взрывным характером вполне возможно не застану тебя дома…

Заканчивает и, прищурив серые рентгены, смотрит не в глаза, прямо в душу. И так настойчиво. Краснею раньше, чем понимаю, что спалилась.

Да уж, мысль набрать Дениске, пока буду ехать в такси, проскакивала. Виновна.

— И что теперь? — морщу нос, отворачиваясь. — Наймешь мне такси, которое точно довезет до дома и никуда не выпустит пока ты к сво…

Не договариваю. Не успеваю.

Рот затыкают самым наглым и самым восхитительным способом.

Виктор обхватывает обеими ладонями лицо и, игнорируя абсолютно всех: ухмыляющегося в усы швейцара, толпу, неиссякаемым ручьем текущую по тротуару, клаксоны пролетающих мимо машин, заставляет губы разжаться, а затем настойчиво проталкивает язык мне в рот, варварски завоевывая и присваивая территорию. Отвечаю почти сразу. Ну не могу я не реагировать, когда так умело, так сладко и так грамотно уговаривают помолчать.

— Теперь мы вместе поедем к Марковой, а потом вместе поедем к тебе. И, Вера, в этот раз я не только поднимусь в квартиру, — в отличие от моего, дыхание Арского нисколько не сбивается, — но и задержусь.

От порочно-откровенной угрозы вдоль позвоночника проскакивают мурашки, в животе закручивается огненный узел, а пальцы на ногах поджимаются. Потому что… пошло всё к черту! Я тоже хочу, чтобы он поднялся… и задержался.

В машине почти не разговариваем, будто оба одновременно берем тайм-аут. Но не потому что разочарованы друг другом и подпитываем обиды, нет. Как и раньше, моя ладошка лежит на колене Виктора, а его рука, когда он не пользуется коробкой переключения передач, накрывает мою и поглаживает.