ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Поздняя беременность – это не только долгожданное счастье, но и огромный риск. А вокруг так много мошенников, которые наживаются на отчаявшихся женщинах, да и рынок подпольного суррогатного Татьяна Устинова, Павел Астахов Райский плод © Астахов П., Устинова Т., 2024 © Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2024 Все права защищены. Книга или любая ее часть не может быть скопирована, воспроизведена в электронной или механической форме, в виде фотокопии, записи в память ЭВМ, репродукции или каким-либо иным способом, а также использована в любой информационной системе без получения разрешения от издателя. Копирование, воспроизведение и иное использование книги или ее части без согласия издателя является незаконным и влечет за собой уголовную, административную и гражданскую ответственность. * * * Черный рынок материнства… Бессмысленное словосочетание? Увы, нет, жутковатая реальность. Тандем писательницы Татьяны Устиновой и юриста Павла Астахова – беспроигрышное сочетание, чтобы погрузиться в очень реальное описание будней беременной женщины и, к сожалению, не менее реального мира, где дети становятся товаром. Главная героиня цикла – судья Елена Кузнецова – столкнется в книге и с тем, и с другим. Сауле Каган, эксперт LiveLib На учет в женскую консультацию я встала по месту жительства. Сашка, конечно, вопила как резаная, что это неправильно и вообще опасно – пользоваться бесплатной медициной. Вообще с того самого момента, как моя взрослая дочь узнала о моей беременности, она только и делала, что вопила. И, как можно догадаться, не от радости. Я Александру, конечно, понимала. Девятнадцать лет дочь была единственным ребенком в семье, и тот факт, что она давно выросла, живет отдельно и фактически имеет собственную семью, ничего в этом раскладе не менял. Сашка отчаянно ревновала меня к будущему малышу и не могла в этом признаться. И скрыть это не могла тоже. – Ты хочешь оставить

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

– О, это люди, чья задача как раз профессионально провести переговоры и подвести стороны к компромиссу? – Плевакина засмеялась. – Толя собирается после выхода на пенсию продолжить свою юридическую карьеру именно в статусе судебного примирителя. Туда же, насколько мне известно, как раз и утверждают судей в отставке.

– Узнаю Анатолия Эммануиловича, – пробормотала Машка. – И вечный бой, покой нам только снится. А что касается малого количества мировых соглашений, то, с моей точки зрения, это происходит оттого, что до суда, как правило, доходят только те споры, в которых изначально очень высока степень конфликта и накал страстей. Если люди могут договориться, то они до суда не доходят. Зачем тратить деньги на пошлины, время и нервы? Но в данном случае я тоже рада, что так получилось. Я подумала над твоими словами, Лена, и поняла всю твою беременную мудрость. Худой мир лучше доброй ссоры. А когда за процессом следят миллионы любопытных и не всегда добрых глаз, особенно.

– Раз мы так быстро освободились, то теперь ты не отвертишься от чаепития со мной, – повернулась ко мне Плевакина. – Пойдем в кафе неподалеку. Почему-то мне кажется, что нам есть о чем поговорить.

Не найдя достойной причины для отказа, я смирилась с неизбежным. Беседуя о каких-то пустяках, мы дошли до кафе, заняли место за столиком и заказали облепиховый чай. Без пирожных, ибо у меня кусок в горло не лез от волнения.

– Лена, что происходит? – Тамара Тимофеевна сразу взяла быка за рога, поскольку женщиной слыла прямой и открытой. Психолог, как-никак. – Почему ты уже несколько месяцев избегаешь и меня, и Толю? Я понимаю, что ты на что-то сердишься, и вполне имеешь право на эти чувства, только мне бы хотелось знать их причину. Все-таки мы не чужие люди друг другу.

Я вздохнула, набирая воздух для решительного объяснения.

– Тамара Тимофеевна, насколько близко вы знакомы с доктором Эппельбаумом?

Плевакина озадаченно посмотрела на меня.

– Эппельбаумом? Очень поверхностно. Мы встречались на юбилее Бори Кулемкина из Замоскворецкого суда. Собственно, Борис нас и познакомил. А что?

– Вы знаете, что он работает в клинике «Райский плод»? Вы именно поэтому туда меня направили?

– Разумеется, я знаю, что он там работает. Он это рассказал при нашем знакомстве. Но в «Райский плод» я тебя отправила, потому что знакома с Ильей Козловским, его совладельцем и директором. Он – брат моей приятельницы. Очень приятный человек, к которому обращаются за помощью все наши знакомые, ожидающие детей. У него прекрасная современная клиника с самым лучшим в Москве диагностическим оборудованием. Но почему ты спрашиваешь?

– Раз вы хорошо знаете Козловского, то в курсе, за какое именно направление отвечает Эппельбаум?

– Он руководит одним из отделений.