Что же я там отыскал? Всевозможные байки, жизненные уроки, которые я выучил и о которых забыл, стихи, молитвы, предписания, ответы на вопросы, заметки о вопросах без ответа, подтверждение некоторых сомнений, вера в то, что важно, всякие теории относительности и множество бамперок[1]. Я обнаружил постоянство в своем подходе к жизни, которое приносило мне удовлетворение и тогда, и сейчас.
Я обнаружил основную тему.
Тогда я собрал все свои дневники и отшельником отправился в пустыню, где начал писать то, что сейчас перед вами: альбом, записки, историю своей жизни.
То, что я видел, о чем мечтал, к чему стремился, что давал и что получал.
Взрывы истины, которые неумолимо сотрясали мое жизненное пространство.
Договоренности с самим собой – и те, что я исполнил, и те, которые соблюдаю до сих пор.
Все это – мои взгляды и впечатления, чувства и ощущения, достойные и постыдные.
Благостыня, истина и красота жестокости.
Посвящения, приглашения, вычисления и восхождения.
Увертки, ловкие и не очень, и безуспешные попытки не намокнуть, танцуя между каплями дождя.
Ритуалы и испытания.
Все в пределах или за пределами упорства и уступок, на пути к науке удовлетворения великим экспериментом, который называют жизнью.
Хочется верить, что это не горькое лекарство, всего лишь пара таблеток аспирина, а не больничная койка, экспедиция на Марс без полетного удостоверения, поход в церковь без того, чтобы рождаться заново, смех сквозь слезы.
Любовное послание.
К жизни.
Иногда, чтобы продвинуться вперед, надо вернуться. Вернуться, но не ради того, чтобы предаваться воспоминаниям или гоняться за призраками прошлого. Вернуться, чтобы понять, откуда ты пришел, где был, как оказался ЗДЕСЬ.
– МДМ, реклама «линкольна», 2014
Как я оказался здесь?
На человеческом родео я заработал немало шрамов. Иногда получалось хорошо, иногда плохо, и в конце концов я привык наслаждаться и тем и другим. Расскажу-ка я кое-что о себе, чтобы было понятнее, в чем дело.
Я младший из трех братьев, сын родителей, которые дважды разводились и три раза вступали в брак. Друг с другом.
С детства мы говорили друг другу: «Я тебя люблю». Искренне.
В десять лет я налепил переводную татуировку, и за это меня выпороли так, что задница посинела.
Когда я в первый раз пригрозил, что уйду из дома, родители собрали мне рюкзак.
Отец не присутствовал при моем рождении. Он позвонил маме и сказал: «Только очень прошу, если родится мальчик, не называй его Келли».
Всю жизнь больше всего на свете я хотел быть отцом.
Я научился плавать, когда мама столкнула меня в реку Льяно – либо сорвусь с водопада в тридцати ярдах ниже по течению, либо выберусь на берег. Я выбрался на берег.
Я всегда первым до дыр протирал коленки в суперпрочных джинсах «тафскин».






