Заплакала еще сильнее, чувствуя вкус крови на губах и языке. Его губы были еще теплыми, но он больше не открыл глаз.
– Я правда люблю тебя, – прошептала она. Слыша ее голос, он едва заметно улыбнулся и медленно обмяк в ее руках.
Олеся не поднималась с земли, даже когда снова пошел дождь. Она накрыла голову Эрика своей и плакала, омывая его лицо слезами. Он лежал с улыбкой на губах. Она хотела, чтобы он открыл глаза. Чтобы все это было шуткой, розыгрышем. Чтобы Эрик поднялся и пошел с ней в их квартиру. Чтобы события последних недель исчезли и все снова было хорошо. Чтобы он был рядом с ней. Чтобы он еще раз сказал, как сильно ее любит. Чтобы произнес ее настоящее имя. Она хотела услышать это, а не вой сирены и раскаты грома над головой.
Пятьдесят девятая глава
Есению долго таскали по допросам, психотерапевтам. Она постепенно приходила в себя после случившегося, мало говорила и слишком много думала. Олеся вернулась домой в родной город к матери и друзьям, но даже там не смогла почувствовать себя самой собой. Они ее обнимали, плакали, но сама Олеся не проронила и слезинки. Они в какой-то момент стали для нее чужими. Все те, кто любил ее, стали для нее незнакомцами. Каждый день был похож на предыдущий, и Олеся задыхалась от этого. Она пыталась сбежать из квартиры в город, в котором прожила последние месяцы, но мать не отпускала.
Спустя пару недель мучения и заточения Олеся смогла сбежать. Вернулась в квартиру, в которой они жили с Эриком. Олеся забрала все их вещи, все, что напоминало ей о парне, которого она так любила и ненавидела одновременно. Его подарки, сухие цветы с полки, совместные фотографии. Его футболки и толстовки, хранившие его запах. Шапку, которую он заставлял носить, чтобы не простудиться.
Собрав все вещи, Олеся нашла ключи от его машины. Вспомнила о ней и впервые села за руль. Приехала домой, но вещи все оставила в салоне автомобиля. Знала же, что мать не поймет и осудит.
Именно в машине Олеся случайно нашла его тайну – две папки. С ее секретами и его. Она нашла в ней все свои документы на имя Есении Чеховой, личные вещи, которые пропали тогда из ее машины после аварии. Ее папка была небольшой, чего нельзя было сказать о второй пластиковой папке темно-серого цвета. В ней было несколько фотографий. Олеся не сразу узнала мальчика на них, лишь яркие голубые глаза выдавали внешнее сходство с тем, кого она самолично убила и кого так полюбила. Была пара детских фото, но ни одной с родителями. На одной мальчик был рядом с женщиной в возрасте, на ее голове был яркий платок, в уголках голубых глаз скопились маленькие морщинки. Что-то подсказывало Олесе, что это была бабушка Эрика.
Точнее, Димы.
Она все еще не привыкла к его настоящему имени.






