ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Когда-то на нейтральной территории жили 3 особи Вида оборотней, Жмуров Степан, Колотов Борис и Астахова Елена. Два первых самца уже нашли своих пар. Осталась самка оборотней Елена. В Екатерина Кон Волчара ПАРАЛЛЕЛЬНАЯ ВСЕЛЕННАЯ — мир, в котором автор творит и видит то, что хочет 1 Руссия, май 2021 год. — Когда-то наша небольшая семья нейтральной территории состояла из трёх оборотней: два самца и одна самка. Степан, Борис и я. Пусть мы не по крови родные братья и сестра, а лишь по духу, и объединённые похожими судьбами с разными обстоятельствами. Наш мир троих крутился вокруг нас. Не цепляли нас злые языки, сплетни и оскорбления. Два самца и самка поддерживали друг друга. В одиночестве троих мы прожили шестьдесят лет, не надеясь ни на что, полагаясь только на самих себя. Просто жили. И где-то особенно в глубине души, каждого из нас, существовали мечты о приобретении пар. В случае самцов, которые не могли обзавестись парой из-за нехватки самок, то я не хотела находить свою пару. Но мечтала о своём волке. Я дала себе зарок — пока братья не найдут своих пар — я не подниму глаз от пола. Но вот однажды на пороге нашего бара появилась Николяша. Мать-природа и судьба объединила и навечно связала душу Степана с ней. Я и Боря стояли рядом с ними, когда они узаконивали свои отношения. Я наполовину выдохнула, Стёпа определён в хорошие лапы (не подумайте, что я говорю о нём, как о беспризорном псе, скорее уж об одиноком волке). Остался Боря, думала я, радуясь, что моё запечатление откладывается. Ведь могло быть так, что Боря следом найдёт свою пару. А где-то (очень глубоко внутри) я надеялась, что и вовсе не запечатлеюсь. В отличие от остальных самок оборотней, которые по нашим законам природы, одинокой волчице необходимо выбрать самца из учуявших самцов, и коим не позволено выбрать одиночество, мне повезло. Да-да, знаю. Не запечатлённая самка не может образовать пару с оборотнем.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Степан постучал костяшками пальцев в дверь.

— Малыш, можно мы войдём? — спросил он.

Увидев свою пару, Лена опять испуганно сбежала, и не на улицу, а в спальню Степана и Николяши. Слава Луне, Стёпы в комнате не было, иначе он выгнал бы, не дав перевести дух. Залетев в спальню, она уселась на кровать. Николяша удивлённо посмотрела на неё.

— Лена, ты чего?

— Он здесь, Николяша, — дрожащим голосом прошептала волчица.

Объяснять о ком шла речь, не надо было, Коля и так поняла.

— Тогда почему сбежала от него? — она села рядом.

— Мне нужно несколько минут.

Коля кивнула, но встала, так как из детской кроватки донеслось кряхтение. Услышав еле слышные шорохи за дверью, Коля взяла рыжую волчицу и положила на руки Лены, чтобы не исполнить желание сбежать через окно. По крайней мере, однажды она подумала об этом способе бегства, подумала Николая. Сама она взяла белую волчицу и подошла к двери на стук.

— Конечно, любимый, — ответила Коля на вопрос своего волка.

Лена затаила дыхание. В спальню вошли брат и её пара. Он выглядел уставшим, с тёмными кругами под глазами. Бородатый, что придавало ему вид ещё более брутальный, мужественный и мощный. Сейчас его внимание привлекла Николяша. Он долго и внимательно смотрел на неё.

— Ты человек, — ошарашенно промолвил Николай.

— Меня зовут Коля, — представилась самка, игнорируя замечание «не в бровь, а в глаз».

Шереметьев вскинул брови. Это что шутка такая? Тёзку встретил. Только самку, а не самца. Она была миниатюрна и пахла человеком. Люди имели запах смога города. У каждого Вида есть свой запах. Вампиры пахли железом, горгульи — ветром, драконы — сеном или соломой, перевёртыши — солнцем, о́́ни — торфяниками, ведьмы — сушёными травами, оборотни — лесом. Все эти запахи детёныши впитывают с рождения и в течение всей жизни пропитываются ими.

От этой самки пахло не только смогом. Молоком и её самцом. Но нотки смога он точно учуял. Если нос его не подводит — то, как человеческая самка оказалась рядом с оборотнем? Нет, он помнил, что его мать тоже была человеком. Вот только отец переехал жить среди людей, чтобы его сородичи не поняли принадлежность Вида Алесии. Но Коля живёт среди оборотней, и он уверен, каждый самец знает, кем она является.

Николай перевёл взгляд на щенка. Из-под чепчика видны белые волосики, и от щенка не пахло смогом, пахло лесом. По запаху молока, исходящего от человеческой самки и щенка, можно с уверенностью сказать — мать и дочь.

— Белая волчица? — спрашивает Николай, рассматривая щенка.

— Да, — с гордостью сказал Степан.

Он, как истинный самец-пара, стоял рядом с самкой, готовый защищать свою семью.

— Можно? — Николай неуверенно протягивает руки.

— Да, конечно, — и Коля передаёт тёзке волчицу.

С трепетом волчьего существа, Шереметьев взял щенка на руки.