Бобби и Сэм откатили машину в лес подальше и очень густо покрыли её упавшими ветками, чтобы потом вернуться и забрать.
– Ты как? – около меня появился Дейв и, не обращая на моё удивленное выражение лица, начал поправлять лямки моего рюкзака. Марисса ухмыльнулась сбоку от нас и отошла дальше.
– Всё хорошо, – ответила я спокойно, смотря в глаза парня. – Что происходит? – прямо спросила я.
– Нам нужно будет поговорить, хорошо? – я нахмурилась. – Просто разговор, дикарка.
– Если ты… – мне не дали договорить, прижались к губам, мягко завлекая в головокружительный поцелуй. Крепко прижали к твердой груди, а я все… растаяла.
Тьфу ты, слабачка!
– Эй, народ! Мы вам не мешаем? – снова недовольный голос Бобби, и нам пришлось отстраниться, друг от друга.
И чего это он взъелся?
– Не мешаете! – сказал Дейв, смотря на своего друга, схватил меня за руку и повёл за собой.
Я прибавила шаг из-за того, что Дейв почти тащил меня, а потом остановился на выходе из леса и осмотрелся. Я смотрела на местность и увидела двухэтажные дома, настроенные прямо посреди пустынного места. Все окна и двери были разбросаны по земле, где-то даже стояли машины с ржавыми открытыми дверями, какие-то сгорели, оставив только каркас. Повсюду был мусор, который подбиваемый лёгким ветром скользил по земле.
– Что это? – тихо спросила я.
– Начальная база, которую строили для беженцев, но её разгромили, так не поселив сюда людей, – ответил Дейв.
– Кстати, Марисса, ты что-нибудь видишь? – обернулся к ней Сэм.
– Нет. Способность уже давно не проявляется, – отвечает она, и мы медленно выходим из укрытия.
– У меня тоже нет её, – подтверждает Бобби.
– И почему так? – не удерживаюсь я.
– Понятия не имею. Но мне хорошо без неё, а так чувствую себя какой-то инопланетянкой. Никогда не хотела этого.
Мы замолкаем и перебегаем от одного дома к другому, преодолевая расстояние, не забывая слушать какую-то зловещую тишину.
Если прямо сейчас к нам выскочат бракованные, то придётся стрелять, а это автоматически приведет сюда армию стражи. Забегаем в один из домов и снова ждём каких-нибудь знаков, что мы тут не одни.
– Твою мать…
Мимо меня и Мариссы, прямо на ходу, мелькает что-то серое и, прихватив с собой Сэма, вылетают на улицу. Падают на землю, и в тишине раздаётся рычание. Я вскидываю винтовку и шарю по заброшенному дому, пока остальные пытаются отвоевать жизнь Сэма! Выстрел! Действительно, твою мать! На улице происходит какая-то возня, отборные маты, а затем новое и новое рычание, что вызывает мурашки по спине. Сначала замираю, заметив ноги на полуразрушенной лестнице, а потом бракованный в потрепанных вещах и очень голодный, бросается на меня. Выдох. Пуля попадает чётко в цель. За ним ещё и ещё, пока какофония звуков выстрелов и наших быстрых коротких фраз не достигает апогея.






