Голова кругом… – я сжала пальцами виски, чтобы собраться с мыслями и узнать, как можно больше. – Вы сказали, чтобы попасть к Аарону в отряд нужно пройти что-то, но что?
Папа с братом переглянулись, опять ведя мысленный диалог, но мне на этот раз не хотелось знать никаких ответов, зная, что они мне не понравятся.
– В ряды стражей Аарона попадёшь лишь только тогда, когда пройдешь процедуры, которые подтвердят стопроцентный иммунитет к вирусу за стеной, – ответил папа.
– У нас есть иммунитет?
– Есть. Ты, твой брат и все, кто пережил катастрофу.
– Но вакцина?..
– Я и говорю, что лаборатория должна понять, держится ли на тебе иммунитет, если выпустить за стену. Поэтому тебя берут, обучают, выпускают на задание, возвращают и наблюдают. Если все проходит нормально, то тебя принимают в отряд.
– А если нет?.. – сразу спрашиваю я.
Брат поджимает губы, а папа отводит взгляд в сторону, и я понимаю, что, если я соглашусь, меня отправят как подопытную в самое пекло, а потом тихо и спокойно наблюдают, заболею ли я или же сдохну.
Серьезно?
– Они, как скот, проверяют людей, чтобы… чтобы взять к себе, если все идёт как надо? – в ужасе шепчу я.
– Нет никаких вариантов проверить человека,
нужен прямой контакт с зараженным, – говорит Макс.
– А они у нас бегают по миру, что ли? – резко задаю вопрос.
Опять наступает тишина, и она на этот раз гнетущая. Чем ближе я узнаю этот мир, тем сильнее мои розовые очки бьются внутрь. Боюсь ослепнуть от всего, что происходит…
– Те, кто заразился на воле, да, действительно, как ты сказала, бегают по миру, – отвечает Макс, – их много… и они… – он запнулся, посмотрев на отца.
– Марана, я понимаю твою реакцию. Мы многое не хотели открывать тебе, да и простые люди в Эмбервуде не знают ничего, что происходит за пределами города. Глава города не хочет сеять панику среди людей, и я и брат не хотели рушить твой мир. Думали, ты выберешь другую профессию, но не стража. Вирус настолько прогрессировал, что люди теперь таковыми никто не называет. "Бракованные" – это люди с психологическим и эмоциональным нарушением. У них выявлена агрессия, мутация коснулась деформацией конечностей и кожных покровов. Проще сказать, они не живые, но они двигаются и нападают из-за одного лишь инстинкта – убивать.
– Поэтому я не хочу, чтобы ты сегодня соглашалась на то, что тебе предложит Аарон Рейнольдс. Я свою сестру не намерен отдавать на растерзание "Бракованных". У этого человека не будет ни грамма сожаления, если ты умрешь там за стеной. Ты понимаешь?
Я глупо кивнула, не до конца понимая, что только что сказал брат. Мои мысли были о том, как мало мы знаем о том, что происходит вне Эмбервуда. Как справляются люди, живущие в своих общинах? Ответ, конечно же, прост: они гибнут.






