ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

После того, как отца не стало, мачеха выдала меня замуж за незнакомого мужчину, еще и вдвое старше меня. Огромный особняк, куда он меня привез, охраняется лучше резиденции президента. Мэр Кристина Лин Доверься мне Пролог Внезапно ключ в замке поворачивается, и мое сердце пропускает удар. Я чуть поворачиваю голову и вижу огромную фигуру в полоске света. Сердце ускоряет бег, бабахая громкими ударами в висках, ударяясь о грудную клетку. Я натягиваю одеяло к самому подбородку, продолжая наблюдать за неторопливыми движениями мужчины. Он заходит в комнату и бесшумно закрывает за собою двери. В лунном свете я вижу, как он подходит ко мне и садится на край кровати. Склоняется надо мной, приближаясь к моим губам. Я инстинктивно зажмуриваю глаза и вжимаюсь головой в подушку, стараясь хоть как-то увеличить расстояние между нами. С ужасом ожидаю его прикосновений, стараясь не закричать от страха. — Я так и думал, — говорит он хрипло мне в губы, — ты лучше выбросишься из окна, чем согласишься стать моей. Он шутит? Смеется надо мной? Тогда почему у него такой серьезный голос? Преодолевая свой страх, я открываю сначала один глаз, потом другой. Мужчина нависает надо мной, его лицо совсем близко. Но он ничего не делает, даже не касается меня. — А говорила, что не боишься меня, — снова шепчет мне в губы. Он знает. Знает, что я боюсь его. И что дальше? Воспользуется моей беспомощностью? Я молчу и смотрю на него, ожидая его дальнейшего шага. Сердце стучит, как сумасшедшее. Я почти уверена, что он слышит этот стук и наслаждается моим страхом, словно хищник, поймавший свою жертву. Он отстраняется от меня, выпрямляясь. Теперь мне немного спокойнее, но я все еще чувствую его силу и власть. И точно знаю, что рядом с ним я не могу быть в безопасности. — Не бойся меня, — говорит он хрипло, — не обижу. Протягивает руку к моему лицу и проводит костяшками пальцев по щеке. От его прикосновений мура

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

И он не был бы Князем, если бы, даже будучи в невменяемом состоянии, не смог собраться, и сесть, вытирая рукой кровь в уголке губ.

— Что-то ты не слишком вежлив, друг, — промычал он недовольно. Ну, все, Макс, ты напросился.

— Не слишком вежлив? Придурок ты недоделанный! — Заорал я на, сидящего на полу, короля криминала. — Я собрал парней, они при полном параде и ждут тебя, а ты тут сопли пускаешь!

Хватаю его под локоть и, резко подняв на ноги, тащу по коридору в сторону ванной комнаты. Затаскиваю в душевую кабину и включаю ледяную воду на полную мощность. Максим дергается, пытаясь вырваться, но я сильнее и больше его, и у него нет шансов. Постепенно я замечаю, что взгляд Максима становится все более осмысленным, дурман алкоголя рассеивается.

— Ты сегодня грохнул Архипа, — говорю, отпуская Максима, но тот все продолжает стоять под ледяным душем, уже понимая, что надо протрезветь. — Думаешь, тебе это с рук сойдет? Соберись, тряпка! Выезжаем через полчаса! — Я быстро выхожу из ванной, хлопнув дверью и не в силах терпеть этот пьяный угар. В нашей жизни бывало всякое, но таким я видел Максима впервые.

Вышел из дома и направился к своему внедорожнику. Хорошо, что в багажнике всегда есть запасной комплект одежды. Быстро снимаю мокрую одежду и надеваю сухую.

Через полчаса Максим выходит из дома. Он, как и всегда, в черном. И, кажется, смог прийти в себя.

— По машинам, — командует он, и ребята быстро усаживаются в машины. Сам он садится на пассажирское сидение рядом со мной.

— Прости, Колян, — говорит он, когда мы уже выехали за ворота особняка.

— Из пушки стрелять сможешь? — спрашиваю, вспомнив в каком состоянии нашел его в кабинете.

— Да. — Говорит он уверенно, и я киваю.

Мы возвращаемся в особняк Архипа, чтобы убрать всех оставшихся в живых свидетелей. Некоторые ребята из его охраны просят помиловать их в обмен на верную службу. Мы с Максом решаем увезти их связанными в особняк, и вначале хорошенько

проверить. Из числа тех, кому ты когда-то дал шанс еще пожить, часто получаются самые верные помощники.

Следующая неделя была жаркой. У Архипа было много сторонников. И его смерть много кому была как кость в горле. Поэтому такие вот вылазки «при полном параде» стали привычным делом. До того момента, пока оставшимся в живых не пришлось признать наше физическое превосходство. Это были жаркие дни и кровавые бойни. И никогда раньше слава Князя не гремела так громко и так далеко.

Я видел, как Максим сражается, не боясь лезть под пули, видел, как он убивает, не жалея, всех вчерашних союзников его врага. И я не узнавал его. Много раз мы вот так воевали вместе. Но никогда он не был настолько безумен и не лез так под пули. Никогда раньше он не убивал с таким безразличием и таким остервенением. Победа была вырвана нами у сильных противников.