ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Есть упоминание наркотиков. -- То, что определяет нашу жизнь, принято называть Судьбой. За тысячи лет до нашего рождения Богиня Судьбы предопределяет наш жизненный путь. Но есть ли что-то Эра Агнес Агапэ. Судьба Глава 0 «…Принято считать Бога Смерти самым жестоким из всех Богов. Однако это мнение ошибочно. Мы никогда не задумывались на тем, что беспощаднее Смерти может быть только Судьба. Судьба — коварна и непредсказуема для каждого. Печальная участь ждет тех, кого не благословила Богиня Судьбы. Жаль, что неудачниками оказались именно мы с тобой. По-прежнему бесконечно люблю тебя. Роккель» Глава 1 — Паршивый день? Незнакомка, сидящая за барной стойкой напротив, отрицательно покачала головой. Девушка убрала волосы за уши и тихо ответила: — Скорее паршивая жизнь, — она из вежливости попыталась сгладить сказанную фразу нервным смешком. Стоит ли так сразу доверять первому встречному? Она отметила, что во взгляде мужчины было что-то притягательное. Девушка с интересом разглядывала незнакомца. Впрочем, он был абсолютно не против этого. Монохромно-темные глаза остановились на фарфоровом лице и с тем же нескрываемым любопытством осматривали девушку. Мужчина был примерно одного возраста с ней. Ему около тридцати. Хотя, возможно, чуть больше. Он выглядел массивным на фоне бара и загораживал своей спиной большую часть полок на стене. Грубые угловатые скулы, ямочки на щеках, короткие темные кудри и легкая щетина придавали его лицу более серьезный вид. Широко распахнутые глаза с длинными ресницами остановили свой взгляд на искусанных губах. Высокий. С весьма привлекательным лицом. После этих мыслей щеки девушки покрыл румянец. Она смущённо отвела взгляд в противоположную сторону от парня. Только его образ не покинул её воображение. И фигура у него что надо. Нельзя так думать… Почему я оправдываюсь? Не он один имеет право анализировать мои внешние параметры. Приятный бархатный гол

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— С улыбкой произнесла она, откусив еще кусок пирожного.

— Камнем? Серьезно? А что

интересного в жизни камня?

— Лежишь себе и лежишь, а мимо все куда-то торопятся: рыбы мельтешат, водоросли плавают, но тебя ничего из этого не волнует. И течение тебя тоже не волнует. Ты просто есть и все. От тебя никто ничего не ждет. Ты просто камень.

— Ну, в этом явно что-то есть… А я был рыбой, плавающей рядом с камнем, который лежит на дне Марианской впадины, и мне не было дела абсолютно до всего происходящего, конечно, кроме камня, усеянного красивыми кораллами. Ежедневно, как пообещал когда-то тому камню, я кормил бы его лимонным тартом, который воровал у рыбаков.

Анна захихикала в ответ. Это был язык, понятный только им, осязаемый на грани чувств, нежели слов. Если они в прошлой жизни и правда были знакомы, то прошло очень много времени с их последней встречи.

Стоит ли верить в существование прошлой жизни? Мы могли быть вправду знакомы?

Официант принес их заказ, тем самым нарушив эту завуалированную вакханалию. Он поставил блюдо с картошкой посередине стола. Картошка источала великолепный аромат.

— У нас сегодня вечер изысков, — Роккель в привычной для него манере пошутил.

— Я хочу, чтобы ты попробовал и забрал свои слова назад.

Анна взяла вилку и насадила на нее кусочек картошки, приправленный горчицей. Роккель не сопротивлялся. Он смущенно съел картофелину с вилки, которая по-прежнему находилась в руке Анны. Она смотрела на него не отрываясь, и ждала его честную реакцию.

— Скажу так. Это не так плохо, как мне чудилось. Определенно, в этом что-то есть. Дай еще одну, — победная улыбка мелькнула на девичьем лице, и она подвинула тарелку ближе к нему. — Нет, с твоих рук, я уверен, вкуснее.

Роккель был еще тем лисом. Широкая улыбка не сходила с его лица. Он знал, как удерживать внимание, когда ему это было необходимо. Анна, конечно, все поняла, но решила ему подыграть. Она скормила ему еще одну дольку картошки.

— Решено! Я забираю свои слова назад. Горчица и картошка созданы друг для друга.

Телефон Анны вибрировал без остановки. Она нервно вздрагивала, но не притрагивалась к нему.

— Что случилось? — Роккель постарался сделать свой голос более мягким.

Анна пожала плечами. Её словно бил озноб, хотя в помещении было даже жарче, чем того бы хотелось. Июль был по-настоящему пылким и жарким месяцем этого лета.

— Я просто его выключу и все.

Анна потянулась к телефону. Роккель невольно увидел имя на экране: «Роберт». Странное чувство ревности разразилось в его венах. Анна мгновенно уловила смену во взгляде Роккеля и сказала:

— Это просто друг. Или мне показалось и ты не ревнуешь?

Последние слова сорвались с её губ сами собой. От чего фраза прозвучала глупо и необдуманно.

Анна была из людей с «широкой душой».