ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Продолжение истории о милой юной магичке и ее харизматичных друзьях. Перипетии в отношениях между демонами, драконами, эксцентричными магами, еще и обаятельное порождение междумирья затесалось в эту разношерстную, но весьма теплую компанию. Помимо прочего, никто не отменял распутывания клубков старых тайн, избавления от коварных интриг и как минимум спасение своей шкурки, а как максимум хрупкого баланса между мирами триквестра. Найдется ли среди всего этого хаоса время на любовь? Обязательно найдется. Иначе и быть не может, когда в одном не в меру своенравном драконе начинает закипать кровь. То, что он привык считать своим, другим он отдавать не намерен. Намного раньше начала событий, в одном из миров триквестра У края обрыва в бездну стоял высокий мужчина и, устремив восхищенный взгляд в небо, неотрывно следил за полетом дракона. И столько нежности плескалось в его взгляде, что позавидовала бы сама человеческая богиня любви. Но боги давно покинули миры триквестра и лишь изредка снисходили до гласа вопрошающих. А мужчина стоял и смотрел, как смысл всей его жизни, частичка души, самое дорогое для него существо наслаждается танцем со Стихией. Он счастливо улыбнулся, и волна живительной силы окатила пространство вокруг. Буквально окатила: поляна под его ногами покрылась пестрым ковром из распустившихся цветов. Воздух наполнил тонкий аромат дождя и гардении — ее аромат, аромат их любви. Изящная драконица, заметив наблюдающего за ней человека, перестала вести себя, словно шаловливый ребенок, и начала грациозно снижаться. Она знала: любимый легко может подняться к ней в небо, но не станет этого делать, предпочитая наблюдать со стороны. Он всегда помнил об их различии, и никакие слова не могли внушить ему обратное. Свободолюбивая, не признающая условностей, не терпящая огранич

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

В одном из миров триквестра

Над бассейном с кипящей серой неподвижно висела тщедушная человеческая фигура. Облако паров равнодушно клубилось вокруг некогда сильного тела. Сейчас оно выглядело истощенным и беспомощным. Невидимые обычному зрению силовые нити крепко держали свою жертву, позволяя продлить ее страдания. Так бывает с попавшим в паутину насекомым — оно еще живое, но уже смертельно уставшее.

У края этой опасной ловушки стоял темноволосый мужчина и, задумчиво склонив голову набок, рассматривал то, что осталось от его верноподданного. Тяжелый взгляд господина не выражал ни малейшего интереса, распростертое тело теперь являлось лишь отработанным материалом, не более. Из всех окружающих он привык извлекать пользу, если они не годились для достижения его целей, тогда по умолчанию попадали в разряд ничего не значащего тупого скота. Исключение допускалось лишь для близких, да и к тем он относился либо с прохладным уважением, либо с бережливостью собственника, на большее его сердце было не способно.

— Господин, все готово. Осталось добыть последнее звено, которое замкнет Круг Силы.

Мужчина на секунду прикрыл глаза, его тонкие черты тронуло раздражение, но тут же погасло. Он лениво спихнул носком сапога небольшой камень, посмотрел, как бурлящая масса с готовностью его поглотила, и только после этого недобро посмотрел на слугу, посмевшего нарушить его размышления. Тот непроизвольно сжался и сделал шаг назад. Господин отвернулся, прошел к трону и занял свое место, жестом подозвал второго слугу в белых одеждах, молча стоящего неподалеку. Шаги последнего гулко отразились от сводов пещеры, растревожив притаившихся в полумраке летучих мышей.

— Когда мы извлечем из Источника артефакт Хранителя, сколько времени понадобится на подготовку к ритуалу?

— Не менее получаса, — немного поразмыслив, ответил слуга в белом.

— Слишком долго, двадцать минут это все, что я могу тебе позволить, — твердо заявил сидящий на троне. Его собеседник переменился в лице, но возразить не посмел.

Господин перевел скучающий взгляд на несчастного, висящего над бассейном, обманчиво-небрежно поинтересовался:

— Почему я узнаю об обнаружении слабых мест в связке триквестра через десятые руки, а не от тебя?

Слуга почти сравнялся по цвету со своей одеждой и дрожащим голосом ответил:

— Мне ничего не известно об этом.

— Вот как? — мягко улыбнулся господин, все еще глядя на тело, окутанное ядовитыми парами. Жертва издала слабый, протяжный стон, слуги обернулись в ту сторону, на их лицах отразился ужас. Господин немного помедлил и повелительным взмахом руки оборвал стенания агонизирующего тела, словно невзначай произнес:

— Он не оправдал моего доверия.