ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Новенький Трейси Шевалье © Климовицкая И., перевод на русский язык, 2018 © ООО «Издательство «Э», 2018 Ванильное пирожное, вишенка сверху, Скажи скорей, кто тебе по сердцу. Ди первая увидела его. Она запомнила это удивительное чувство. За несколько волшебных секунд, когда незнакомец принадлежал только ей, мир соскочил с рельсов и уже не вернулся в привычную колею. Школьный двор был полон. Многие приходили пораньше, чтобы поиграть в догонялки, классики или вышибалы, пока не прозвенит звонок. Сама Ди сегодня задержалась, мама отправила ее наверх переодеваться, потому что Ди запачкала пуловер, когда ела яйцо, хотя сама она и не видела никаких пятен от желтка. Часть дороги Ди бежала бегом так, что косы подпрыгивали за спиной – пока не увидела поток школьников, которые двигались в том же направлении, и успокоилась, поняв, что успевает. Она вошла во двор за минуту до первого звонка. Уже не имело смысла присоединяться к Мими, лучшей подружке, – та прыгала через скакалку, которую крутили две девочки, и Ди сразу прошла к школьному крыльцу, где стоял с другими учителями мистер Брабант в ожидании учеников. Волосы у него были подстрижены коротко и ровно, отчего голова казалась квадратной, и держался он очень прямо. Говорили, что он воевал во Вьетнаме. Ди не была лучшей ученицей в классе – это звание носила зубрилка Пэтти, но Ди старалась угодить мистеру Брабанту, чем могла, и он ее выделял среди всех, и Ди знала, что ее называют любимицей учителя. Она встала в шеренгу и оглядела двор. Ее взгляд остановился на девочках, которые прыгали через скакалку. А потом она заметила его, он неподвижно стоял возле карусели. На карусели было четверо – Иэн, Род и еще двое мальчиков из четвертого класса. Карусель кружилась так быстро, что Ди подумала – кто-нибудь из учителей непременно вмешается.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

После составления плана ей полегчало – если не считать укола ревности, когда она смотрела, как Ди с новым мальчиком идут вместе к школе, и походка у них такая, какая обычно бывает у друзей и парочек, которые даже шагают в ногу.

Да, ей стало легче. И все же перед глазами промелькнула вспышка, а железные тиски начали сдавливать голову. Они не отпустят, покуда не расплющат череп, и она поддастся боли, как испытанию, которое нужно пройти, чтобы выйти на свет, на свободу.

Осей окинул школьный двор наметанным взглядом. У него за плечами был опыт знакомства с тремя школьными дворами, и он знал, как их изучать. Каждая площадка состоит из одинаковых элементов: качели, горка, карусели, брусья, конструкция для лазания вроде «джунглей». Асфальт расчерчен для игры в мяч и вышибалы. В конце баскетбольная корзина. Свободное место для игры в классики и для прыжков через скакалку. Эта площадка отличалась двумя особенностями: пиратский корабль с мачтами и реями, по которым можно карабкаться, и песочница, окруженная деревьями.

Ну, и, конечно, дети, которые везде ведут себя одинаково. Мальчишки беспорядочно носятся туда-сюда, выплескивают энергию, которая иначе не даст им спокойно сидеть на уроках, или играют с мячом, непременно с мячом. Девочки, те прыгают в классики или через скакалку. Одиночки читают в сторонке или сидят на верхушке брусьев, пристраиваются в уголке или жмутся поближе к учителям, где безопасно. Задиры патрулируют и контролируют территорию. И в довершение картины он сам, новенький, который стоит неподвижно посреди этих протоптанных тропинок и тоже играет свою роль.

Всматриваясь в ребят, он преследовал собственную цель: найти союзника. Человека, не похожего на остальных, говоря точнее. Еще одно черное лицо, а если такого не окажется, то хотя бы коричневое или, может, желтое. Пуэрториканец. Китаец. Араб. Кто-нибудь, не похожий на бело-розовых американцев из предместья. Но нет никого. Такие редко встречаются. А если встречаются, от них обычно мало проку. В Лондоне была одна чернокожая девочка на всю школу, родом с Ямайки, так она даже смотреть в его сторону боялась, держалась от него как можно дальше, словно они отталкивающиеся магниты. Она дорожила своим шатким благополучием и не желала присоединяться к его борьбе за место под солнцем. В нью-йоркской школе учились два китайца-близнеца, они, когда их задирали, пускали в ход приемы кунг-фу, в результате – противники в синяках, зрители в восторге. Они тоже держались на расстоянии от Осея.

Читать дальше

Конец ознакомительного отрывка

Купить книгу

Со временем Осей научился скрывать, что думает и чувствует в шкуре новенького. Дипломат у них в семье – отец, но Осей тоже своего рода дипломат, он оттачивал навыки в каждой новой школе.