ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Император поневоле-2 Александр Гулевич Устало облокотившись спиной о борт спасательной шлюпки, построенной из натурального дерева, Бобёр закрыл глаза и, стараясь особо не обращать внимания на резкий запах смеси гари и пота исходящий от одежды спасшихся людей, с потерпевшей крушение прогулочной яхты и припомнил последние сутки своего пребывания на борту злосчастной посудины. Покинув комфортабельный лимузин, присланный за ним Екатериной Борн, молодой человек был встречен предупредительным стюардом в старинном костюме военного моряка седой древности и препровожден на борт классической яхты с символичным названием «Екатерина». Поднявшись по трапу на палубу, майор приветливо поздоровался с именинницей и вручил ей подарочный футляр, открыв который, девушка искренне восхитилась изумрудной диадеме в оправе из белого золота, с небольшими бриллиантовыми вкраплениями и, чмокнув в правую щёку, убежала куда-то на нижнюю палубу. Оставшись в одиночестве, Бобёр прошёлся к корме и, оперевшись на релинг, с большим интересом осмотрел парусное вооружение. Он в морском деле совершенно не разбирался, но выглядело всё это весьма впечатляюще, особенно для тех, кто отдыхал на яхте, да и со стороны судно выглядело настоящим произведением искусства радующее глаз любого эстета. Услышав какой-то шум со стороны пирса, молодой человек обратил внимание как к месту, где стояла яхта, медленно подкатила целая кавалькада состоящая из нескольких лимузинов и когда она остановилась из машин стали выходить пассажиры и, соблюдая очерёдность, степенно поднялись на борт. Внимательно присмотревшись, Бобёр некоторых гостей узнал, так как они частенько мелькали на центральных телеканалах. Быть может, некоторые при виде этих лиц испытали бы благоговение, но майор давно придерживался библейского постулата «не сотвор

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Послушав некоторое время светские разговоры, Бобёр, наконец, выяснив настроение всех присутствующих и, также включился в разговор, болтая о всяком и разном, а по сути, практически ни о чём.

— Интересно, неужели на светских вечеринках только и делают, что перемывают друг другу косточки? — Задался вопросом молодой человек, совершенно не находя, чем это светские сплетни отличаются от обычных дворовых, хотя всё же компанию покинуть не решился, немного опасаясь, что вся эта публика единодушно примется за него самого.

Спустя несколько часов, когда берег скрылся за горизонтом, гостей позвали в кают-компанию, где уже был великолепно сервированный стол с отлично вышколенными официантами в накрахмаленных белоснежных рубашках. После пары минут некоторой неразберихи гости разместились за столом, и началась официальная часть с положенными здравицами в честь именинницы, продлившаяся совсем недолго.

Бобёр, некоторое время с интересом вслушивался в разговоры слегка подвыпивших гостей, но это ему достаточно быстро поднадоело и, он незаметно покинул кают-компанию, поднялся на верхнюю палубу, а затем на бак. Остановившись невдалеке от фок-мачты, молодой человек с наслаждением вдохнул свежий морской воздух, рассматривая отражённые гладью моря последние лучи заходящего за горизонт светила.

Наблюдая невероятный по красоте закат, майор, медленно проводя рукой по хромированному страховочному лееру, прошёлся вдоль левого борта пока не услышал за своей спиной вопрос, произнесенный насмешливым тоном:

— Позвольте нарушить ваше одиночество молодой человек и вместе насладиться красотами природы в приятной компании?

Повернувшись вполоборота, Бобёр статного мужчину примерно пятидесятилетнего возврата, забивающего ароматным табаком курительную трубку.

— Ничего не имею «против», закат на море действительно красив, правда он в разных мирах по-своему красив и каждый из них неповторим.

— Скажу больше, даже в одном и том же месте каждый закат солнца уникален, хотя разные места имеют свою особую и, ни с чем несравнимую специфику, уж поверьте опытному путешественнику, побывавший во многих человеческих мирах.

Умолкнув, мужчина достал из кармана старомодный коробок спичек и, прикурив трубку, с наслаждением выдохнул из лёгких клуб дыма и, пожевав губами, извиняющимся тоном заговорил:

— Ничего не могу с собой поделать, нравиться мне иногда под соответствующее настроение выкурить трубку, хотя прекрасно осознаю пагубность своей вредной привычке.

— На это мне ответить нечего, так как, я никогда не курил.

— Вот это правильно, курение очень вредно для организма, впрочем, как и злоупотребление алкоголем.