ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Шерлок Холмс — один из самых известных вымышленных персонажей в мире, поэтому удивительно, что за последние 60 лет он не удостоился ни одной масштабной выставки на своей родине. К тому же недавний успех Би-би-сишного «Шерлока», «Элементарно» Роберта Доэрти и двух крупнобюджетных фильмов режиссёра Гая Ричи с Робертом Дауни-младшим и Джудом Лоу в главных ролях, возможно, возвели Холмса на пик его славы. Как никак миллиард долларов «на троих» в мировом прокате… Очевидно, в культовых рассказах Артура Конан Дойла сокрыто нечто, позволяющее основательно перерабатывать их для новых адаптаций, не важно остаётся ли действие в Викторианской эпохе или переносится в современность. Аудитория Шерлока Холмса постоянно пополняется новыми почитателями. Книга, которую вы держите в руках, расследует и раскрывает секрет детектива и его мира, выдержавших небывалое испытание временем. Мы предлагаем рассмотреть главные черты бессмертного героя в неразрывной связи с викторианским и эдвардианским Лондоном, огромным изменчивым городом с быстро растущим населением, купающимся в роскоши и стонущим от нищеты. Цель этой книги — понять, почему Шерлок Холмс стал не просто героем ряда рассказов, но настоящим символом. Созданный в то время, когда жизнь становилась всё более сложной и стремительной, Шерлок Холмс был представлен читателю единственным человеком, способным во всём этом разобраться. Изображённый настоящим волшебником, он решает наисложнейшие проблемы, ставящие всех остальных в тупик, — благодаря силе своего интеллекта, экстраординарной наблюдательности и аналитическим способностям. В процессе разработки концепции выставки в Музее Лондона стало ясно, что ряд ключевых вопросов должен быть рассмотрен наиболее подробно. Во-первых, невероятная киносудьба Шерлока Холмса: никакой другой литературны

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Холмс бывает буквально «похоронен под утренними газетами» («Медные буки»), часто газеты доставляют им на дом («свежие выпуски каждой газеты были отправлены к вам из нашего киоска» («Серебряный»)), и в конечном итоге они оказываются на полу, и Ватсон «поднимает утреннюю газету с пола» («Установление личности»), а Холмс «роется в куче газет» («Голубой карбункул»). Всякий раз, проходя через железнодорожную лондонскую станцию, Холмс пользовался возможность, чтобы приобрести «связку свежих газет» («Серебряный»). Газеты как будто подпитывают детектива: он прибегает к кокаину лишь тогда, когда они оказываются «скучны» («Жёлтое лицо») или «пусты» («Происшествие в Вистерия-Лодж»).

Фрагмент колонки частных объявлений газеты «Телеграф», 20 мая 1898 г.

Газеты подпитывали и сами рассказы, ведь Конан Дойл, описывая вымышленные расследования Холмса, частенько черпал вдохновение из новостных колонок лондонских газет. Газеты часто играют решающую роль в делах Холмса, как, например, в «Союзе рыжих», когда его клиент «вытащил грязную помятую газету из внутреннего кармана пальто» или когда клиентка в «Установлении личности» предъявляет газету «Морнинг-кроникл» за 27 апреля 1890 года, объясняя, что «Дала объявление о его (мистера Госмера Эйнджела) пропаже в „Кроникл“ за прошлую субботу. Вот вырезка, а вот четыре его письма». Ватсон часто использует стиль газетной статьи, продвигаясь по сюжету или обобщая ключевую информацию по некоторым делам. В «Приключении клерка» приведена целая статья, озаглавленная «Городская преступность. Убийство в „Мейсон и Уильямсы“», которая, как утверждается, является «цитатой из раннего выпуска „Ивнинг-стандард“» и содержит важную для читателя информацию. В «Пальце инженера» автор ведёт иную игру, рассказывая, что «история эта, как мне помнится, неоднократно перепечатывалась в разных газетах… всего-навсего половина газетной колонки», но гораздо более «увлекательной» она становилась в его версии, «когда её рассказывал участник событий, и действие неторопливо разворачивалось перед нашими глазами, и мы шаг за шагом углублялись в тайну и каждое новое открытие приближало нас к разгадке». Упоминание о газете придаёт рассказу достоверности, а сам он преобразует «половину газетной колонки» в захватывающее действо: история представляет собой декодирование текст статьи в развёрнутое повествование, при этом читателю не требуется прилагать к этому никаких усилий: он просто погружается в увлекательное приключение.

Читая на ходу: продавщица журналов на Ладгейт-сёркус, Пол Мартин, 1893 г.

«Я не читаю ничего, кроме криминальных новостей и „объявлений страждущих“, — заявил Холмс, уточнив. — Там всегда очень много поучительного» («Знатный холостяк»).