ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Шерлок Холмс — один из самых известных вымышленных персонажей в мире, поэтому удивительно, что за последние 60 лет он не удостоился ни одной масштабной выставки на своей родине. К тому же недавний успех Би-би-сишного «Шерлока», «Элементарно» Роберта Доэрти и двух крупнобюджетных фильмов режиссёра Гая Ричи с Робертом Дауни-младшим и Джудом Лоу в главных ролях, возможно, возвели Холмса на пик его славы. Как никак миллиард долларов «на троих» в мировом прокате… Очевидно, в культовых рассказах Артура Конан Дойла сокрыто нечто, позволяющее основательно перерабатывать их для новых адаптаций, не важно остаётся ли действие в Викторианской эпохе или переносится в современность. Аудитория Шерлока Холмса постоянно пополняется новыми почитателями. Книга, которую вы держите в руках, расследует и раскрывает секрет детектива и его мира, выдержавших небывалое испытание временем. Мы предлагаем рассмотреть главные черты бессмертного героя в неразрывной связи с викторианским и эдвардианским Лондоном, огромным изменчивым городом с быстро растущим населением, купающимся в роскоши и стонущим от нищеты. Цель этой книги — понять, почему Шерлок Холмс стал не просто героем ряда рассказов, но настоящим символом. Созданный в то время, когда жизнь становилась всё более сложной и стремительной, Шерлок Холмс был представлен читателю единственным человеком, способным во всём этом разобраться. Изображённый настоящим волшебником, он решает наисложнейшие проблемы, ставящие всех остальных в тупик, — благодаря силе своего интеллекта, экстраординарной наблюдательности и аналитическим способностям. В процессе разработки концепции выставки в Музее Лондона стало ясно, что ряд ключевых вопросов должен быть рассмотрен наиболее подробно. Во-первых, невероятная киносудьба Шерлока Холмса: никакой другой литературны

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Он писал своему редактору: «Не считаю, во всяком случае, сейчас мне так видится, что должен придумывать новую шерлок-холмовскую серию, но не нахожу причин, почему бы иногда не писать отдельные рассказы, под заглавиями вроде „Воспоминания о мистере Шерлоке Холмсе (из Дневников его друга доктора Джеймса (так!) Ватсона)“». Истории, хотя и демонстрируют все признаки серийности: одни и те же персонажи, построение сюжета вокруг «дела», не являются серией как таковой. Для начала, они не выстроены в хронологическом порядке. Ватсон время от времени возвращается к старым делам: «Я разбирался в своих давних заметках, а некоторые даже перечитывал» («Приключение клерка»), или Холмс выкапывает старые документы из коробки или вспоминает дела минувших лет, просматривая свою обширную коллекцию вырезок. Несмотря на указание точных дат и времени мы периодически натыкаемся на нестыковки: «Как обозначено в моей записной книжке, это произошло в конце марта 1892 года, холодным ветреным днём» («Происшествие в Вистерия-Лодж»), а «Четырнадцатого апреля, как отмечено в моих записках, мне доставили телеграмму из Лиона» («Рейгетские сквайры»), из чего следует, что читателю предлагается не очень-то заботиться о последовательности дел.

Разговор с Европой: Отдел континентальной телеграфной связи, Центральный телеграф, Лондон, 1891 г.

В автобиографии Конан Дойл пишет, что идея «персонажа, проходящего через все рассказы», пришла к нему как «идеальный компромисс» между двумя основными продуктами журнального рынка: сериями и одиночными рассказами. «Я думаю, что был первым писателем, который это осознал, а „Стрэнд“ — первым журналом, воплотившем идею в жизнь», — добавлял он. Эта схема — не серийная, но продолжающаяся, — похоже, позволяла ему думать о Холмсе как об одноразовом персонаже, а читателю — делать после каждой истории перерыв, вместо того, чтобы пытаться соединить предыдущий и следующий рассказы, как приходилось делать, читая, например, роман с продолжениями. Каждая история о Шерлоке Холмсе могла быть быстро забыта и не оставить следа. Конечно, редактор «Стрэнда» знал об этом и однажды даже обратился к Конан Дойлу с просьбой: «Если можно, вставьте несколько строк в начало истории, чтобы сделать персонаж Шерлока Холмса более понятным для тех, кто ранее о нём не читал». Как заметил писатель Джим Масселл, на самом деле, подобная практика была характерна для журнала «Стрэнд»: «каждый номер „Стрэнда“ был относительно автономным — редко когда статьи растягивались на несколько номеров». Внимание читателей обычно не выходило за пределы содержания каждого номера, а у публикаций не было «памяти». «Стрэнд» сознательно превратили себя в товар, пригодный для лёгкого потребления и быстрой реализации.